Автор
Максим пытается вспомнить, что произошло после дня рождения жены, но ничего не выходит из-за сумятицы в голове и алкогольного бреда. Только черты лица Ани и тонкие стрелки ее волос под одеялом напоминают ему об этом вечеринке.
А когда Ксюша призналась, что залетела случайно, бабуля сказала:
— Ну, что ж теперь… Бог так решил. А значит — на тебе теперь двойная ответственность. Так что давай-ка, голубушка, забывай про все свои гулянки и становись прилежной матерью.
Тогда и мне казалось, что сестра готова остепениться.
— Знаешь, и правда, надело мне все это: погоня за красивой жизнью, богатые мужики... — говорила она. — Рожу себе мелкого, войду в ряды яжматерей, буду ругаться с соседями из-за громкой музыки, стирать пеленки.
На главный вопрос «кто отец?» она принципиально отказывалась отвечать.
— Если ты надеешься, что он мне будет как-то помогать с ребенком — ошибаешься. Да он и не поверит, что ребенок его. Да что там — даже не вспомнит меня. У него таких как я целая армия. И каждая мечтает от него залететь. Видать, только мне повезло. Ну, ничего, генетика точно будет хорошая. А если еще и мордашкой пойдет в папочку, то взгляда будет не оторвать. Он жгучий брюнет, красавец.
Но весь этот настрой на будущее материнство резко угас на четвертом месяце беременности, когда Ксюше предложили работу во Франции.
— Зачем мне рожать, когда передо мной открываются такие перспективы? Стать моделью в этом агентстве — мой шанс, понимаешь? Он выпадает один раз в жизни!
— Родишь и поедешь! — как старшая сестра настаивала я. — Ксюш, у тебя в животе человек. У него есть голова, ручки, ножки! И ты хочешь от него избавиться?
— А ты предлагаешь мне вместо подиума сидеть ночами у кроватки? — возмутилась сестра.
Она бросила взгляд на комплект для новорожденного, который я подарила.
И тогда-то я предложила ей родить ребенка для меня. Долгие уговоры поначалу не приводили ни к чему хорошему, Ксюша стояла на своем. Чтобы уговорить ее, мне пришлось пойти на многое.
— Скажи своему агенту, что ты приедешь к следующему сезону. А чтобы ты так не переживала из-за денег, я перепишу на тебя свою долю родительской дачи и отцовского гаража.
И она, скрипя зубами, согласилась.
Макс, кстати, до сих пор не знает, что я переписала на сестру все наследство. Осталась только квартира. Слава богу, по документам моя. После развода родители купили себе по отдельной квартире. А после их смерти мы с Ксюшей решили: квартира отца — ее, а эта, в которой мы в детстве жили с мамой, достанется мне.
Она укатила во Францию чуть ли не сразу после роддома и за все это время ни разу не видела сына.
