Неожиданно для всех. Это самый удобный момент, Его нельзя упустить. Первое официальное представление феникса всегда сопровождается «светом истины» – сильнейшим заклятием, которое уничтожает любые иллюзии. Если ты при этом добавишь немного личного дара, никто не заметит. Вот и проверим, есть ли на главах, старейшинах и магах сумеречные плетения. Кстати, не исключено, что ваш клан торопятся побыстрее отдать под опеку, чтобы избежать появления феникса и «света истины». Никто же не знает, что зверь уже у тебя. Да, придется завтра. Мы с Алом, если что, поддержим.
В комнате повисло тяжелое молчание.
– Завтра так завтра, – кивнула я. Надо же, и голос даже не дрогнул.
– Конечно, чего тянуть, – бодро поддержал птиц. – Мы с Нари уже готовы… почти. Остальное на месте сообразим, сочиним и разыграем. И вообще, мы фартов… гм… удачливые очень. У нас даже пламя теперь не как у других, а алмазное. С ним точно не пропадем.
– Ни в коем случае не пропадем, – подтвердила я. Обвела взглядом собравшихся – всех, включая зверей и твердо закончила: – Но только в том случае, если мне хоть кто-нибудь объяснит, наконец, что это вообще за пламя такое?
– Особый дар, получить не так-то просто, – тут же зачастил птиц. Горделиво надулся, словно это лично его заслуга, именно он все сделал и организовал. Хотя… Может, так и было? – Мало кому удается им завладеть.
– Точно, почти никому – охотно подтвердил Шур, тоже, видимо, к процессу причастный.
– Носители и раньше существовали, – решил поумерить их победный пыл «нарисовавшийся» в воздухе змей. Наверное, подслушивал где-то в невидимости. Помолчал и нехотя признал: – Но да, нечасто.
Любопытно, но ничего не понятно. Эта мистическая троица способна бесконечно вот так спорить и переругиваться, обсуждая, кто из них круче, но яснее от этого не станет.
– Расскажешь? – повернулась я к Фарну.
Он, в отличие от зверей, темнить не стал. Улыбнулся, кивнул.
– Алмазное пламя – это смешанная магия. Помнишь что-нибудь о ней?
– Кое-что.
Помнить я, разумеется, не могла, но в учебниках по истории магии, которые под руководством Хобба изучала, о ней упоминалось. Мельком, правда, без особых подробностей."
"Одаренные этого мира появлялись на свет, как правило, с однородной, так называемой «чистой» искрой. Огненной, воздушной, водной, темной, как у тех же некромантов, или кристаллической, как у алхимиков и целителей – ну, и так далее. Некоторые, потенциально сильные маги получали при рождении дополнительную стихию, но она так или иначе всегда сочеталась с основной или была нейтральна по отношению к ней. Фарн, например, владел воздухом и льдом. У Эннари, по словам мэтра, к огню добавилось немного тьмы.