Страшный ритуал.
В комнате повисла пауза. Присутствующие молчали, думали каждый о своем.
Значит, любой человек, даже абсолютно не похожий на Маслова? Это плохо…
– А вы сумеете чужую душу почувствовать? – повернулась я к птицу. – Во мне ведь сразу иномирянку распознали.
Феня отвел взгляд, даже хохолок на голове повис виновато.
– Нет, мы не видим сквозь сумеречную иллюзию и защитные заклинания, – ответил вместо него дракон. – Знаешь ведь. Нам это не дано."
"– Зато и сумеречные через наши не видят, – тут же воинственно вскинулся феникс.
– По свету души тоже не определить, – сжал кулаки Фарн. – После поглощения хозяина захватчик способен использовать старую пустую оболочку и так маскироваться.
– Остается ловить на приманку, – нарочито бодро резюмировала я, и тут же получила от Кайдена яростное:
– Даже думать об этом не смей!
– Я и не думаю… Пока, – кивнула покладисто, не желая спорить. У нас и без этого имелось, что обсудить.
Предстояло выработать и согласовать общий план, не пропуская ни одной, даже самой незначительной детали. На это ушло несколько часов. А потом, когда все было обговорено и повторено, нам с птицем пришлось попрыгать по Твердыне – из зала предков к клановому древу и обратно. Там окунуться в поток стихии, тут постоять, прижавшись ладонями к стволу… Феникс связывал воедино дерево, алтарь, кольцо, готовя к активации и создавая, как он выразился, управляющий контур.
И слова-то какие в моей памяти нашел.
Кстати, я заметила, что в последнее время птиц стал говорить более складно и замысловато, порой даже солидно. Взрослел мой воробьеныш.
В общем, в эту ночь мы опять не спали и завершили приготовления только на рассвете.
Утром меня ненадолго отпустили отдохнуть – на пару часов, не больше. Потом Кайден велел всем собираться, назначил встречу на полдень и ушел к старейшинам, организовывать мое появление на совете. Присутствовать на совещании такого уровня лишенка Эннари Янт никак не могла, даже будучи невестой наследника. Туда допускались только главы родов, ковена магов и их ближайшее окружение. Как Фарн собирался провести меня, я не представляла, но он сказал, что у него есть план.
Что имелось в виду, мы узнали, когда к назначенному часу пришли к центральному зданию. Там уже стояли экипажи, а возле них – Фарн, трое старейшин и… бледная, печальная Кетра.
Заметив меня, глава совета клана бросил быстрый опасливый взгляд на Кайдена, шагнул вперед, откашлялся и важно провозгласил, что Эннари Янт, связанная кровью с великим Окари Янтом, должна проследовать с ними на совет.
Помолчал, вздохнул, снова покосился на Фарна и коротко пояснил: поскольку сегодня на совете решается судьба Фениксов, там обязаны присутствовать все ныне здравствующие потомки основателя клана.