На железнодорожном полотне мир тишины резко нарушается шумом и возню детей. Ждать прихода поезда Кирилл не может — укачивание не помогает. Внизу слышится плач ребенка, который уже давно не спит. Странная нянька Люба, кажется, самой бессонницей и не знает, как справиться с ситуацией....
— Ты что, всерьез предлагаешь мне это путешествие?
— И путешествие, и свадьбу. Как захочешь. Можно сначала свадьбу, потом путешествие. Можно — наоборот.
Ника молчала, и Игорь почему-то снова заволновался, хотя внешне ничем себя не выдавал.
— Зачем тебе это надо? — спросила Ника, и он понял, что она все еще там, все еще беседует мысленно со своим Колей. Игоря взяла досада. Он и сам не знал, зачем ему это надо. А она спрашивает.., и правильно делает. Хочет все расставить по местам. Не безрассудный человек, такая не подведет.
— Надо, — упрямо буркнул он, понимая, что выглядит смешным.
Но она не засмеялась. Даже не улыбнулась.
— А что скажет твоя мама?
— Я совершеннолетний. И через год заканчиваю институт.
Ника задумчиво смотрела в мерцающие стеклышки очков. Серьезные глаза за ними ждали ответа.
— Пожалуй.., сначала путешествие, — сказала Ника и поднялась.
На Байкале они прожили три недели. Турбаза, где они поселились, была полна студентов и разношерстной молодежи, которая затевала костры, вылазки на природу и танцы.
— Я отвергаю брак по любви уже потому, — говорил Игорь, отмахиваясь веткой от больших и назойливых комаров, — что любовь, как все проходящее, естественно, проходит.
— На чем же будет держаться такой брак? — резонно интересовалась Ника.
— На взаимном уважении и поддержке. На договорной основе.
— Как касса взаимопомощи… Такая семья больше похожа на профсоюз.
— Разве плохо? В обычной семье случись роман на стороне, она распадается. А в семье-профсоюзе нет места ревности, и она сохранится.
— Но почему? С какой стати?
— Ну ведь ты не бросаешь, например, родителей, оттого что у тебя с кем-то любовь? Долг перед ними — это святое.
Ника качала головой, но не могла во многом не согласиться с Игорем. Действительно, любимый человек может предать. А нелюбимый?
Однажды вокруг этого вопроса разгорелся настоящий спор, в который Игорю удалось втянуть целую компанию.
