— О чем ты говоришь? Чего ради ты так поступил?
— Сам не знаю. Я был в шоке. Позвонив Джефферсону, я был сам не свой. Случайно увидел бокал, машинально подобрал его и отнес на кухню. Надо же мне было чем-то заняться. Не смотреть же на труп Делани. А потом я совершенно забыл об этом и лишь сегодня утром вспомнил.
Лицо Буса приняло пурпурный оттенок.
— Это что, розыгрыш? — рявкнул он.
— Нет. Могу заявить со всей ответственностью, что я нашел пустой бокал возле его руки. Неужели вы думаете, что можно шутить такими вещами?
— И едва вы вспомнили об этом, сразу поспешили сказать мне?
От злобы он плюнул на пол.
— Приятное известие для миссис Делани, вы не находите?
— Согласен. Но поверьте мне, едва я вспомнил об этом, как немедленно приехал к вам.
— Хотелось бы в это поверить! — Он обошел вокруг стола. — Слушай, Риган, если ты лжешь, у тебя могут быть большие неприятности. А я совершенно уверен, что ты лжешь!
Я едва сдерживал свои эмоции.
— С чего вы взяли, что я лгу? Я заявляю со всей ответственностью, что нашел бокал возле руки мистера Делани. Если вы не верите мне, это ваши проблемы.
Некоторое время он злобно смотрел на меня, затем сказал:
— О’кей! — Подойдя к двери, он открыл ее и позвал сержанта Хопкинса. — Мы немедленно отправляемся туда, и ты покажешь, где находился бокал и куда ты его поставил.
Вошел сержант Хопкинс — тощий, высокий мужчина.
Приготовь машину, мы срочно едем в «Голубую Сойку», — распорядился Бус. — Этот забывчивый молодой человек внезапно вспомнил о том, что нашел пустой бокал возле руки мертвого Делани. К большому сожалению, он забрал его, тщательно вымыл и оставил на кухне. Чистюля!
— Это на самом деле так? — Хопкинс повернулся ко мне.
— Поехали, разберемся на месте, — нетерпеливо сказал Бус.
Мы провели в молчании всю дорогу до «Голубой Сойки». Я сидел на заднем сиденье полицейского автомобиля, а Бус и Хопкинс впереди. Нервы мои были напряжены до предела, так как в молчании двух копов сквозила неприкрытая неприязнь.
Войдя в дом, я указал место, где лежал бокал, а затем прошел на кухню и указал на сам злополучный бокал. Бус не позволил мне дотронуться до него. Он старательно накрыл бокал носовым платком, поднял и поднес к носу.
— Я же вымыл его, — напомнил я.
— Ха! Мог бы этого и не делать!
Он передал бокал Хопкинсу, который положил его в целлофановый пакет, а затем в саквояж.
— О’кей, Риган. — Внезапно Бус превратился в служителя Фемиды. — Какое место в вашей жизни занимает эта женщина?
Я ждал подобного вопроса и заранее обдумал ответ.
— Для меня она никто, — спокойно ответил я. — Если бы она что-то значила в моей жизни, разве бы я забыл об этом бокале? Это не более чем жена клиента.
— Ха! — Бус криво улыбнулся.