— Грузовики проходят здесь дюжинами, но я еще ни разу не видел, чтобы хоть один из них останавливался. Может, вам просто повезет.
Он налил себе чашечку кофе.
— Самым лучшим было бы для вас — добраться до станции «Возврата нет». Все грузовики там останавливаются и заправляются, прежде чем перевалить через гору. С кем-нибудь из парней вы и столкуетесь.
— Станция «Возврата нет»? Где это? И что это такое?
— Владение Карла Джонсона. Пятьдесят миль отсюда. Это заправочная станция и закусочная одновременно. После станции «Возврата нет» следующая остановка только через 165 миль.
— А как мне добраться туда? Пешком?
— Вы — везунчик: мистер Джонсон скоро будет здесь. Каждые три месяца он ездит сюда за металлоломом. В нашем мерзком городишке его предостаточно. Поговорите с ним, он славный парень и заберет вас с собой, если вы ему скажете, что собираетесь перебраться через гору. Он всегда рад помочь хорошему человеку.
— Когда же он появится?
Хозяин оглянулся на стенные часы.
— Минут через двадцать. Вы подождите. Как еще насчет одной чашечки кофе?
— Я бы с удовольствием, но мои деньги подошли к концу. Если вы не возражаете, то я просто посижу…
Он все же налил мне кофе.
— Это вас подкрепит. Вы, похоже, едете издалека.
— Да, — я потер свой жесткий подбородок. — Хочу встретиться в Тропика-Спрингс с приятелем. Я здорово потрудился. Мы с ним собираемся начать дело. Я долго отказывал себе во всем, чтобы сэкономить деньги.
— Деньги… — буфетчик мрачно покачал головой. — У меня их никогда не было много. Я не торчал бы здесь и дня, будь у меня достаточно денег, чтобы увезти жену и ребятишек. Но без денег далеко не уедешь. — Он посмотрел в окно на проносившийся мимо кремовый «кадиллак», который поднял облако пыли. — Уж эти парни! Они здесь никогда не останавливаются. По крайней мере, хоть мистеру Джонсону перепадает. Они вынуждены останавливаться у него, нравится им это или нет. Джонсон попал на золотую жилу.
Пока он говорил, вошел загорелый крупный человек и двинулся к стойке.
— Пожалуйста, кофе, Майк, — сказал он. — Сегодня мне надо уехать побыстрее.
Он мельком взглянул на меня и отвернулся. Потом вновь обратился к буфетчику:
— Как жена? В эту поездку мне не удалось ее повидать.
— Она в Вентворте, мистер Джонсон, и будет очень жалеть, что пропустила ваш приезд.
Теперь я знал, что это мой человек, и посмотрел на пего внимательнее. Примерно шести футов ростом, плотный, кряжистый, с открытым, добрым, веселым лицом. Джонсону можно было бы дать лет пятьдесят-пятьдесят пять. Он был крепким — гораздо крепче, чем большинство мужчин его возраста.
— Извините, мистер Джонсон, но этот парень хочет перебраться через гору.