Почувствовав солидарность, собака приблизилась к столу, помахала хвостом и снова начала копать.
Рикс нетерпеливо оттолкнул ее.
— Может быть, Карл зарыл здесь деньги, — прошептал он. — Карл достаточно глуп для этого. Как насчет того, чтобы проверить? Лопата есть?
Я был охвачен паникой. Сделал шаг вперед, и в моих глазах появилось такое выражение, что Рикс, должно быть, испугался. Он быстро попятился.
— О’кей, о’кей, парень. Нет причин сходить с ума, — выдавил он. — Просто мне показалось… Не обращай внимания.
— Убирайтесь и держитесь отсюда подальше! — закричал я.
— Как насчет того, чтобы одолжить мне пять долларов? — ныл он, все еще пятясь.
— Ничего вы от меня не получите, — сказал я, надвигаясь. — Вон!
Рикс уже подобрался к своим колесам. Он помедлил, положив руку на крыло машины и поглядывая на меня.
— О’кей. Если ты хочешь повернуть дело таким образом, парень, я поговорю с копами. Я собираюсь попросить их поискать Карла. А ты обнимайся и целуйся с этой шлюхой…
Я набросился на него. Мой первый удар в челюсть чуть не сломал ему кости. Рикс упал. Я настолько озверел, что не заметил грузовик, который только что подъехал к станции. И только тогда, когда шофер грузовика заорал на меня благим голосом, я еле-еле пришел в себя. Я уже был готов отправить этого костлявого стервятника к праотцам. Собака, как только увидела своего хозяина валяющимся в пыли, сразу же прыгнула в кабину.
Да, не вмешайся шофер, боюсь, пришлось бы рыть в сарае еще одну могилу. Я испытывал большое желание и свидетелю дать по шее, но сдержался, понимая, что это не тот случай. Шоферы, как правило, народ болтливый и сварливый. Я умерил свой гнев и отступил назад. Рикс тяжело поднялся с земли.
— Извините, — сказал я шоферу. — Я, действительно, хватил через край и теперь жалею, что ударил этого господина. Он приезжает сюда попрошайничать и просто сводит меня с ума. Нервы…
Шофер смотрел уже не так сердито.
— Но бить пожилого человека…
Он посмотрел на Рикса, потом сморщился.
— Не говорите! Тянет и тянет без конца.
Шофер кивнул, смягчившись.
— Извините, что вмешался. У меня такой же шурин… Мне нужно заправиться.
Он вернулся к грузовику. Рикс медленно и неуклюже полез в машину. Держался за подбородок и что-то бормотал про себя. Я вытащил из бумажника десять долларов и протянул ему.
— Вот возьмите и уезжайте.
Вначале Рикс взял бумажку трясущимися руками, потом скомкал ее и швырнул мне в лицо.
— Ты за это ответишь! — прорычал он прерывающимся от ярости голосом. — Я собираюсь сообщить в полицию.
Машина рванулась вперед.
Я понял, что совершил опасную ошибку, ударив его. Но ничего нельзя уже было поделать. Я подобрал банкнот и положил его в бумажник. Мое сердце сжималось от страха.