Понятно?
Рифф, который внимательно слушал Крамера, кивнул головой.
— Как насчет небольшого аванса? Сегодня мы истратили последний бакс.
— В конверте сто долларов, — сказал Крамер, махнув рукой, — этого хватит на первое время. При встрече Моэ даст вам еще. Он же передаст в ваше распоряжение и машину. — Его маленькие, лишенные выражения глаза повернулись в сторону Читы. — Теперь идите в бар и помните: если вы сделаете что-то не так, я достану вас гораздо быстрее, чем полиция.
Крейны ушли, оставив Крамера и Моэ в номере.
В четверг вечером Рифф Крейн выехал на мотоцикле из Питт-Сити в направлении Бостон-Крик. Проехав пятьдесят миль по магистрали, он свернул на частную дорогу и преодолел следующие пятнадцать миль до ранчо «Вестлендс».
Была теплая лунная ночь. Остановившись у ворот, Рифф еще раз прокрутил в памяти все инструкции Моэ.
Он был в своей обычной кожаной «униформе» и тяжелых ботинках. Мотоциклетные очки скрывали половину лица. Сердце гулко билось в груди. Это была первая серьезная работа, которую он выполнял, и Рифф отдавал себе отчет, что его ждет в случае провала.
Он и Чита много говорили об этом за прошедшую неделю. Им очень хотелось заработать десять тысяч долларов, но в то же время они понимали, что ставят под удар собственную жизнь. Это уже не обычные мелкие делишки, цена которым — десятка два баксов. Здесь и расплата будет большой. После бесконечных споров они решились.
Крамер, считали они, не стал бы рисковать своей шеей, если бы не был уверен в успехе. Итак, пути назад не было: Крейны становились преступниками.
Открыв ворота, Рифф закатил мотоцикл на территорию ранчо. Моэ сказал, что мотоцикл лучше катить, чем ехать на нем, и Рифф в точности соблюдал инструкции. Больше всего его пугала эльзасская овчарка. Он приготовил для нее кусок отравленного мяса, но понимал, что, если собака увидит непрошеного гостя, то набросится не на мясо, а на него.
Прошло не меньше часа, прежде чем он подошел к дому, отчетливо вырисовывающемуся в лунном свете. Положил мотоцикл на траву.
Ему повезло: Рифф увидел собаку до того, как овчарка почуяла его, и лег на землю. Собака настороженно вглядывалась в мрак ночи.
Вытащив из пластикового метка мясо, Рифф осторожно пополз вперед. Подобравшись достаточно близко, он приподнялся и бросил мясо, стараясь, чтобы оно упало как можно ближе к собаке. Овчарка подняла голову и посмотрела туда, где затаился Рифф. Он вжался в землю и похвалил себя за черную «униформу», которая делала его невидимым. Лежал неподвижно, закрыв лицо руками, зная, что малейшее движение привлечет внимание пса, и исход может быть фатальным. Он почти не дышал.
Наконец, очень медленно поднял голову. Эльзасская овчарка лежала на песке. Рифф замер, выжидая, затем осторожно поднялся на ноги.