— Надо же! Слышишь, Милли, у людей свадебное путешествие!
Женщина в машине неодобрительно нахмурилась.
— Иди сюда, Фред, — позвала она резко. — Ты мешаешь этой молодой даме.
— Верно, верно, ты права, — Брэдфорд улыбнулся. — Простите меня, мисс…
— Гаррисон, — подсказала Джинни. — Жаль, что муж так занят машиной…
— Ну что за пустяки. Надеюсь, мы еще будем встречаться. А если не получится, желаю вам счастливо провести медовый месяц.
Брэдфорд вернулся к своей машине, залез в кабину, помахал рукой и тронулся дальше по дороге.
Морган и Блек с тревогой посмотрели друг на друга.
— Если покойничек начнет стрелять, они услышат выстрелы.
— Неважно, — Морган чувствовал себя так плохо, что ему все было безразлично. — В этих лесах наверняка охотятся. Подумают, стрелял кто-нибудь из охотников… — он взялся за рукоятку. — Давай, надо вытащить его.
Через окно послышался голос Китсона.
— Ну, как у вас дела?
Морган чуточку приподнял стекло.
— Оставайся на месте, — сказал он, — и предупреди нас, если покажется кто-нибудь еще. Мы сейчас его вытащим.
Китсон попятился от окна, ощущая внезапную тошноту.
Морган опустил стекло и кивнул Блеку.
Морган навалился на монтировку, и Джипо закрыл лицо руками.
Дэйв Томас, водитель бронемашины, лежал на полу. Боль в раздробленной скуле была невыносимой, но он терпел ее со стоическим мужеством.
Пуля Моргана прошла сквозь нижнюю часть его лица, раздробила скулу и вырвала полосу из языка.
Боль и шок вызвали долгий глубокий обморок, и он не скоро пришел в себя. Томас сразу же понял, что теряет много крови. Он только наполовину осознавал, что произошло, и недоумевал, каким образом машина движется, когда никто ее не ведет. Он знал, что проживет недолго. При такой потере крови выжить невозможно, но смерть не пугала его. Он понимал, что, случись чудо и останься он жив, его изуродованное лицо не залечишь. А оставаться инвалидом и пугалом он не хотел, к тому же он не знал, сохранит ли способность говорить.
Его мучил вопрос, почему машина движется и раскачивается. Поразмыслив, он решил, что бронемашину поставили на какой-то другой вид транспорта, он признал про себя, что придумано здорово, однако все же недостаточно здорово: стоит ему нажать кнопку радиопередатчика, и непрерывный сигнал приведет полицию к бронемашине, как бы хитроумно ее ни спрятали. Он знал, что должен прежде всего пустить в ход эту сигнализацию, но передатчик находился у него за спиной, немного повыше головы. Чтобы добраться до него, Томасу надо было повернуться на бок и протянуть руку вверх. Он понимал, что, поворачиваясь, причинит себе острую боль. В спокойном положении эта боль была все же терпимее.
И вот он лежал и вспоминал худое, по-волчьи злобное лицо человека, который выстрелил в него.