Он должен обязательно отработать три года на пользу общества в органах Гражданской службы или отслужить два года в армии. То есть делом доказать, что он понимает необходимость самоограничения и службы на благо общества. Ну и, в-третьих, при поступлении на государственную службу гражданин теряет презумпцию невиновности и дает собственное согласие на это. То есть его в любой момент могут проверить по любому поводу, априори считая виновным. И он должен будет доказать свою невиновность. Поэтому, если человек идет на должность губернатора, то он уже знает, что любая попытка использовать свою власть для протежирования кому-то будет тотчас же отслежена и он будет наказан. Если только не докажет, что он действовал исходя из государственных интересов. А это будет доказать ой как трудно, потому что расследователи тоже находятся под дамокловым мечом презумпции виновности. И будут изо всех сил раскапывать его виновность. Поэтому такому человеку будет проще разбогатеть, не стремясь на государственную службу, где много мороки и мало выгоды, а организовав собственное дело.
– Но ведь и собственное дело у вас в Директории не совсем собственное? Как я знаю, в каждом предприятии есть государственная доля?
– Есть. Только ведь она не вымогается. Государство получает ее, давая определенные преференции предпринимателю, строящему новое предприятие. Аренда земли, бессрочная и бесплатная, беспроцентный кредит, снижение налогов, снабжение с государственных складов необходимыми материалами, страховка на случай банкротства, поддержка торговой экспансии… множество преимуществ по сравнению с полностью самостоятельно рискующими предпринимателями в других странах.
– Допустим, ты меня убедил. Но вот то, что верховная власть полностью защищена от узурпации и перерождения – все равно не верю.
– Стопроцентной гарантии от несчастья не может дать даже Банк. Для контроля же за высшей властью у нас предусмотрено разделение ее между двумя комитетами, коллегиальность и контроль со стороны тайных служб за кандидатами. И поверь мне, Симон, что это действует не хуже, а куда лучше, чем якобы имеющийся при демократии контроль со стороны народа.
Дальше нам договорить не удается. Звонок по телефону превращает мой выходной в рабочий день. Да, имея столько должностей, приходится забыть не только о выходных, но часто и о личной жизни. Вот не пойму одного – как это «сталинский опричник» Берия успевал еще и за школьницами охотиться, да еще и спать с ними? Наверное, у него в сутках сорок часов было.
– Маша, приготовь мне, пожалуйста, кофр на всякий случай. Извини, Семен, дела. Надеюсь, ты найдешь, чем заняться? Кстати, тут я недавно получил очередной вестник трудов наших ученых.