Так как мины были отлиты в калибре девяносто миллиметров, а у шестифунтовки диаметр ствола девяносто шесть, пришлось насадить на них ведущий поясок из свинца. Всего было сделано около десятка таких снарядов. Пока со снаряжением не заморачивались, ограничившись засыпкой внутрь смеси песка и опилок по весу заряда. Правда, пару штук на пробу начинили порохом и установили примитивный взрыватель на основе обычного капсюля.
Как ни странно, эта незатейливая конструкция стреляла. Впрочем, чему удивляться, миномет – система весьма несложная, по крайней мере, по сравнению с пушкой. Отстреляли сначала «пустышки», потом последнюю, заряженную пару. Первая мина вполне солидно грохнула километрах в полутора, вторая не взорвалась, зарывшись носом в песок. Очевидно, что взрыватель должен иметь более совершенную конструкцию. Однако было понятно, что идея работает.
Следующую партию мин сразу отливали в калибре девяносто шесть миллиметров. В трех с половиной килограммовый чугунный корпус помещалось полкило пороха или пикриновая шашка аналогичного веса. Со взрывателем провозились долго, но сделали вполне надежный инерционный. Параллельно с этим подбирали и вышибные заряды. Когда к лету мы представили на испытания два полноценных девяностошестимиллиметровых миномета, то Кобра задал только один вопрос:
– А откуда такой странный калибр – девяносто шесть мэ-мэ?
– Это калибр шестифунтовки. Помнишь, Викторыч, я под Новый год по пьянке у тебя ствол от пушки вымогнул.
– Да, удивил. Я всегда знал, что ты у нас маньяк-милитарист, но чтоб так… Не ожидал. И много у тебя еще такого?
– Какого такого? – не понял я. – Минометов пока два, мин к ним по полсотни. Испытывайте, понравится, еще наклепаем. Прицел, увы, весьма примитивный, но для стрельбы до двух с половиной кэ-мэ сойдет. И вообще, вы у нас, конечно, тактики великие и все такое, но у нас сейчас военно-техническое преимущество по легкому пехотному вооружению лет на сто вперед. Ведь если на нас снова нападут, главная задача какая?
– Ну и какая?
– Чтобы никто не ушел. Обиженным. И не обиженным тоже. В общем, я считаю, что для непрошеных визитеров наши владения должны стать черной дырой. Вышли, дошли, больше их никто не видел.
– Ну, это уж как выйдет.
Весна 1796 года.Старый Империалист"
"Подписывая очередную бумагу, я внимательно оглядывался по сторонам и периодически кидал осторожные взгляды в окно. За окном шел дождь, и никто больше. Ну, еще немного бурлило строительство поселка, напоминая известную картину «Война в Крыму, все в дыму». Планирование особо опасной операции было в самом разгаре, и пока все складывалось удачно. Поставив краткую резолюцию на последнюю заявку, я схватил с вешалки плащ (разумеется, неприметный) и осторожно выглянул в коридор.