Бонапарт смотрел на происходящее, зажав трубку в углу рта и криво усмехаясь какой-то очень странной усмешкой."
"– Да, прав был старик Экклезиаст, – сказал он. – Ничто не ново под небесами. Ибо ничего нового нет. – Затем еще раз оглядел ликующий зал и заключил: – Что-то мне сдается, гражданин Карно, что сегодня нам не удастся выступить со своим отчетным докладом. Народным избранникам сейчас не до воздухоплавания… – И добавил вполголоса, как бы для себя, начав неспешно набивать свою короткую трубку, видимо опять по-корсикански: – Takali golovotjapy, takali, da tak vse i protakali… Отличный спектакль – всех наградить!.. Поздравляю вас с первым апреля, гражданин Карно!»
Глава 2
Есть у революции начало
Когда пугается умный и храбрый генерал, то никакое действие ему не кажется чрезвычайным.
Андрей Семипалов, военный министр Латании
1
«…Представьте себе, милая Полин, Париж, окутанный нежной весенней зеленью цветущих каштанов… Не зря этот месяц в календаре нашей Республики называется «флореаль» – месяц цветения. Все переполнено дыханием весны, нежным благоуханием распустившихся лепестков и соцветий…
И в этой атмосфере только что раскрывшейся миру жизни – тысячи людей, не замечая зова любви, зова природы, словно древние берсеркеры, одержимые одной лишь жаждой убийства, стремятся только к одному – вцепиться в горло друг другу!
Нет для истинного патриота, поклонника Вольтера и Руссо, зрелища ужаснее, нежели это! И я могу утверждать, что благородное сердце вашего брата именно потому и только потому толкнуло его на те действия, которые он совершил!
К вам в Марсель, бесценная Полин, наверняка уже дошли вести о событиях начала прериаля. И я нисколько не сомневаюсь, в каком свете вам обрисовали и сами эти события, и вашего дорогого брата, а моего друга и командира! Наверняка в самом черном! Не верьте! Не верьте этим гнусным измышлениям! Ибо кто мог добраться в ваши края так быстро, как не самые отъявленные негодяи, бежавшие первыми со всех ног из столицы, едва заслышав громовую поступь Бонапарта? Они бежали приближения Немезиды в его лице, тем самым признав всю преступность своих деяний! На сколь бы высоких постах они ни находились и какими бы почетными прозвищами ни именовались перед тем. Волки в овечьих шкурах с иудиными поцелуями на устах – вот имя им, и не будет у них другого!»
2
Из архива Музея истории Французской революции, Париж.
«Гражданин Карно!
Довожу до вашего сведения, что реализация проекта на данный момент находится под угрозой!
Несмотря на все мои усилия, выполнение заказов, распределенных по мастерским предместья Сент-Антуан, не представляется возможным ввиду полного срыва всей производственной деятельности в предместье.