Однако мадам Рено была совершенно спокойна, слишком спокойна, сказал бы я. Она равнодушно взглянула на покойника, ни в лице, ни в движениях ее нельзя было заметить и признака волнения.
– Нет, – сказала она. – Я никогда прежде его не видела. Его лицо мне совсем незнакомо.
– Вы уверены в этом?
– Абсолютно уверена.
– Вам не кажется, например, что это один из тех, кто нападал на вас?
Но тут тень сомнения мелькнула на ее лице, будто какая-то мысль вдруг пришла ей в голову.
– Нет, не думаю. Конечно, у них были бороды – правда, следователь считает, что фальшивые, – и все-таки нет.
Видимо, больше она не колебалась:
– Уверена, он не похож ни на одного из тех двоих.
– Благодарю, мадам. Тогда это все.
Она вышла, высоко держа голову, и солнце вспыхнуло в ее серебристо-седых волосах. Потом в сарай вошел Жак Рено. Он тоже вел себя совершенно естественно и тоже не смог опознать покойника.
Жиро промычал что-то невнятное, и я так и не понял, доволен ли он результатом или, напротив, разочарован. Потом он позвал Маршо.
– Та, другая, дама уже пришла?
– В таком случае проводите ее сюда.
«Другой дамой» оказалась мадам Добрэй. Негодованию ее не было границ.
– Я решительно возражаю, мосье. Вы не имеете права! Какое мне дело до всего этого?
– Мадам, – начал Жиро жестко, – я расследую уже не одно, а два убийства! В конце концов, ничто не мешает мне предположить, что именно вы совершили оба убийства! Судя по всему, вы вполне могли это сделать.
– Как вы смеете? – вскипела она. – Как вы смеете оскорблять меня? Как осмелились вы возвести на меня эти чудовищные обвинения? Это подло!
– Подло, вы говорите? А что вы скажете на это?
Жиро нагнулся, снял волос с черенка ножа и показал ей.
– Так как же, мадам? – Жиро приблизился к ней. – Позвольте, я сравню его с вашими волосами?
Вскрикнув, она отшатнулась, губы у нее побелели.
– Возьмите себя в руки, мадам, – холодно сказал Жиро. – Пока вас никто не обвиняет. Но в ваших же интересах ответить на мои вопросы без всяких истерик.
– Задавайте любые вопросы, мосье.
– Посмотрите внимательно на покойника. Вы когда-нибудь раньше видели его?
Подойдя ближе, мадам Добрэй, в лице которой уже начал пробиваться прежний румянец, посмотрела на незнакомца с заметным интересом и даже любопытством. Потом покачала головой.
– Нет, я его не знаю.
Ответ прозвучал так естественно – неужели она лжет?
Жиро кивком головы показал, что она свободна.
– Зачем же вы ее отпустили? – прошептал я. – Разумно ли это? Ведь это наверняка ее волос!
– Не нуждаюсь в ваших поучениях, – сухо бросил Жиро. – За ней наблюдают. Пока не вижу смысла задерживать ее.
Потом, нахмурясь, он стал пристально рассматривать покойника.
– Вообще-то он похож на испанца, вам не кажется? – спросил он неожиданно.
Я внимательно вгляделся в лицо незнакомца.