– Нет, Пол, мы тут еще можем помочь!
Человеку было лет под пятьдесят, он лежал неподвижно, длинноногий и длиннорукий, с темными волосами и большим бледным ртом.
Как только Мейсон проник в помещение, он сразу услышал его затрудненное дыхание.
– Эй, Пол! Он не убит, просто сильно пристукнули… Одну минуту… Вот и пистолет… Все еще слышен запах пороха. Но пулевого ранения я не вижу…
– Ради всего святого, Перри, вылезай оттуда. Мы немедленно позвоним в полицию. Это их дело!
Мейсон, не слушая, продолжал:
– Пустая кобура на поясе… Похоже, это его оружие. Стрелял именно он, а потом… Ясно… На левом виске у него здоровенный синяк.
– А тебе необходимо на всем оставлять отпечатки пальцев? – ныл Дрейк.
Снаружи завыла полицейская сирена. И трудно сказать, что было отвратительнее – высокие ноты или перемежающиеся с ними короткие завывания. Красный свет «мигалки» на крыше машины вырвал из темноты фигуру Дрейка на крыльце и полуоткрытую дверь.
– Так тебе и надо! – простонал Пол.
– Выходите из дома! Поднимите руки! – резко скомандовал полицейский.
Мейсон слышал торопливые объяснения Пола, но сам вышел не спеша и остановился на пороге.
Двое мужчин, очевидно местные полицейские офицеры, вооруженные пистолетами и яркими фонариками, пытались скрыть свою нервозность грубостью.
Мейсон негромко объяснил:
– Я Перри Мейсон. Милисент Хардисти моя клиентка. Я проезжал мимо и увидел свет в ее доме. Мы поднялись на крыльцо и сразу поняли: тут дело нечисто.
Один из полицейских шепнул:
– Это и правда Мейсон. Адвокат. Я его видел.
– Сколько времени вы здесь? – спросил второй офицер.
– Считаные секунды. Я только и успел заглянуть внутрь и убедиться, что какой-то человек лежит там, оглушенный. Мы как раз собирались к телефону, чтобы оповестить полицию.
– Но ведь внутри имеется телефон?
– Вы бы нас не поблагодарили, если бы мы стерли отпечатки пальцев с телефона, не так ли?
– Но что все-таки произошло?.. Вы что-нибудь знаете?
– То же, что и вы. Рядом с оглушенным человеком валяется пистолет.
– Нет, с вашего позволения.
– Но хоть слышали выстрелы?
– Тоже нет. Когда мы проезжали, все было тихо.
– Нам позвонили в управление, – сказал первый офицер, – что в доме Хардисти стреляют.
– У человека никакой огнестрельной раны нет, – повторил Мейсон, – но стукнули его сильно.
Полицейские вошли в дом, пропустив вперед Мейсона и Дрейка.
– Черт побери! – заорал вдруг один из офицеров. – Да это же наш Джордж Крейн!
– Подняли бы его с полу, – посоветовал Мейсон.
