Мишкин ел и ел и был чрезвычайно доволен собой. Потом, накушавшись, он подошел к диванчику и улегся отдохнуть. Мягкая невещественность диванчика быстро убаюкала его.
Ризничий повернулся к роботу и сообщил:
— А вот теперь с этим энтузиастом действительно начнет происходить всякое дерьмо.
— Почему? — спросил робот.
— Потому что, достигнув воображаемого насыщения, этот молодой человек погрузился в воображаемый сон.
— А это плохо? — поинтересовался робот.
— Это сбивает с толку и приводит в замешательство.
— Возможно, я должен разбудить его, — задумчиво сказал робот.
— Конечно, должны. Но почему бы нам для начала не врубить телик и не настроиться на его сны?
— А что, это возможно?
— Будьте уверены, — сказал ризничий. Он прошел в другой конец комнаты и включил телевизор.
— Его здесь раньше не было! — возмутился робот.
— Одним из достоинств воображаемого замка является то, — сообщил ризничий, — что вы можете получить все, что захотите, когда угодно и безо всяких скучных объяснений, которые всегда несколько разочаровывают.
— А почему вы не настроите экран?
— Он настроен, — сказал ризничий. — Сейчас пойдут титры.
На экране появилась надпись:
«Роберт Шекли Энтерпрайзес» представляет:
«ВООБРАЖАЕМЫЙ СОН МИШКИНА», бахвальство в жанре новой меннипеи.
Произведено в студии «Энергичная жестянка», Ибица.
— Что все это значит? — поинтересовался робот.
— Просто обычная чушь, — сказал ризничий. — Отсюда начинается сон.
Мишкин прогуливался и размышлял о природе реальности, когда его окликнул чей-то голос.
Мишкин непроизвольно вздрогнул и оглянулся, но никого не увидел. Он находился на плоской равнине, и в радиусе пяти миль не было ни одного предмета выше одного фута, за которым можно было бы спрятаться.
— Как поживаете? — невозмутимо отозвался Мишкин.
— Если принять во внимание все обстоятельства — недурно. Мы где-то встречались?
— Да нет, вряд ли, — ответил голос. — Но зарекаться в таких случаях не стоит, правда?
— Не стоит, — согласился Мишкин. — А что вы тут делаете?
— Приятное местечко.
— Совершенно верно, — сказал голос. — Но зимой здесь жутко холодно и сыро.
— Ага. А вы, должно быть, турист?
— Более-менее, — ответил Мишкин. — Я здесь впервые.
— Ну и как, нравится?
— Да, очень мило. Я пока что мало успел увидеть, но то, что увидел, мне понравилось.
— А мне тут все кажется обыденным, — сказал голос. — Наверное, это потому, что я здесь живу.
— Вполне возможно, — согласился Мишкин. — Я чувствую себя дома точно так же.
— Кстати, а где расположен ваш дом?
— На Земле, — сказал Мишкин.
— Большая красная планета?
— Нет, маленькая и зеленая.
— Кажется, я что-то о ней слыхал. Йеллоустоунский национальный парк — это там?
— Да, есть у нас такое место.