Российский олигарх Павел Ефимцев дарит дочери Насте яхту, но морское путешествие по Индийскому океану оборачивается опасностью. Сомалийские пираты захватывают судно, и Ефимцеву приходится искать виновных за интриги. За кулисами происходящего скрываются более зловещие угрозы.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Веселый Роджер – знамя вора»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Российский олигарх Павел Ефимцев дарит дочери Насте яхту, но морское путешествие по Индийскому океану оборачивается опасностью. Сомалийские пираты захватывают судно, и Ефимцеву приходится искать виновных за интриги. За кулисами происходящего скрываются более зловещие угрозы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Евгений Евгеньевич Сухов Легкое чтение Детективы Любовные романы подборки серии
Российский олигарх Павел Ефимцев дарит дочери Насте яхту, но морское путешествие по Индийскому океану оборачивается опасностью. Сомалийские пираты захватывают судно, и Ефимцеву приходится искать виновных за интриги. За кулисами происходящего скрываются более зловещие угрозы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А потом – она имеет право на некоторые женские слабости. В конце концов, у них ведь нет никаких обоюдных обязательств, и еще неизвестно, с кем сам Герасим проводит свободное время, которое, надо думать, порой у него появляется. Еще стоит задуматься над такой вещью: это сейчас она нужна ему, а как сложатся их отношения в дальнейшем, когда он получит свои деньги? Может, просто вытрет об нее руки, как о грязную ветошь, и отправится своей дорогой?
Так что еще нужно посчитать – кто кому должен больше.
О своей личной жизни в Москве Герасим никогда не рассказывал, впрочем, как и она о своем лондонском бытие. Для обоих, по какой-то молчаливой договоренности, эта сторона их жизни являлась своеобразным табу и, встречаясь, они вели себя таким образом, словно на всем белом свете не было более близких людей, чем они двое.
В чем-то они были правы.
Расстояние не ослабило чувства, она по-прежнему любила Мартынова, но в то же время часовые пояса, что лежали между ними, давали ей право не только на личную жизнь, но и на некоторые маленькие тайны, в которые она не собиралась никого впускать.
И одна из этих тайн, цвета горького шоколада, лежала в нескольких метрах от нее, в тихой уютной спальне на мягкой двуспальной кровати.
– Ты мне не доверяешь? – невозмутимо спросила Ангелина, отступив от двери.
– Нет, что ты, детка! – протестующе заявил Герасим. – Конечно же я тебе доверяю, кому же тогда доверять, как не тебе?! Но сама понимаешь, дело очень деликатное, и я бы очень не хотел, чтобы о нем было известно кому-то еще.
– Я все это понимаю. Мне надо точно знать, когда ты приедешь.
– Скорее всего на следующей неделе. Во всяком случае, я тебя предупрежу, позвоню или дам телеграмму, а то заявлюсь неожиданно, а у тебя там на кровати какой-то мужик лежит, – он хмыкнул.
– Герасим, ну как ты так можешь! – воскликнула Ангелина, пытаясь придать своему голосу как можно больше убедительности. «Бедняга, он даже не подозревает, насколько близок к истине».
– Ладно, детка, не обижайся, это я так сказал, пошутил; ты же знаешь, какие у меня всегда дурацкие шутки. Я же просто не умею шутить.
– Это уж точно, тебе не нужно этого делать.
– До встречи. Целую!
Ангелина отключила телефон. От разговора остался неприятный осадок. Впрочем, существовало одно верное средство, способное растворить даже камень.
Приоткрыв дверь, Ангелина посмотрела на спящего негра. Более совершенного тела встречать ей не доводилось: развитая крепкая грудь, накачанный пресс, тонкая талия. Но особенно волновали ее его ноги: невероятно длинные и мускулистые. Именно такое сложение можно увидеть у легкоатлетов, которые долгими изнурительными тренировками на беговых дорожках приводят свое тело к абсолюту.
