Автор
Веселый Роджер — это история о человеке, чья жизнь полна необычных открытий и фантастических событий. Он обладает уникальной способностью к восприятию реальности, позволяющей видеть в обычном что-то невообразимое. Вокруг него всегда присутствует острая боль, но она неожиданная и непредсказуемая — знакомство с которой становится ключом к глубокому пониманию мира....
Куда я, блин, денусь? Но как-то нужно на передний план выйти, чтобы близким из-за меня не прилетело. Прятаться – не мой вариант.
* * *Хожу по квартире, грызу зубочистки – обдумываю, что делать дальше и как выбраться из бредовой ситуации, в которой оказался. Удобный я враг: даже бить не надо, руки марать. Сам себя доведу, вытащи из кармана зажигалку.
Достаю на балконе сигареты, пытаюсь прикурить, чиркаю спичкой. Сука, при виде огня руки трясутся. Не могу к лицу поднести, еще чувствую на нем горючую жидкость – вдруг вспыхнет.
Пальцы жжет, роняю, тушу голой ступней, морщусь от неприятных ощущений и возвращаюсь в комнату.
Пока еще не курю. Рано. Надо ждать еще.
* * *Мама заявляется в половине пятого. Спорю, умышленно выбрала день, когда Вера на работе.
Мама и раньше не любила ко мне ходить, потому что повсюду в комнатах висят фотографии обнаженных барышень – ее это смущает, а после того, как в мое отсутствие встретила здесь девицу, с которой я спал пару лет назад и которая поговорила с ней вызывающе грубо, и вовсе перестала, обиделась.
Мама неторопливо проходит на кухню, где долго рассматривает Верину фотографию и осуждающе цокает языком, пока я готовлю бутерброды с мягким сыром, луком и зеленью – новая страсть, рукола осточертела.
– Моя работа, – заявляю с показушной гордостью, ткнув пальцем в Верин левый сосок.
– Да поняла уже. Тебе помочь чем-нибудь, сынок?
Интересно, это она о бутербродах или о моей гребаной, опять катящейся в ад жизни? Пожимаю плечами и на первый, и на второй вариант.
«Соглашайся уже на любые уступки, пусть только деньги перечислят», – пишу я Виталику, затем бросаю несколько раз «да» на уточняющие вопросы. Он занимается закупкой материалов и каждую плитку, кирпич, мешок с цементом фотографирует и шлет мне, прежде чем включить в смету.
– Нормально всё, – произношу вслух, – не в первый раз и не в последний. Вера ничего подобного не видела, вот и навела панику, перепугалась.
