Автор
Веселый Роджер — это история о человеке, чья жизнь полна необычных открытий и фантастических событий. Он обладает уникальной способностью к восприятию реальности, позволяющей видеть в обычном что-то невообразимое. Вокруг него всегда присутствует острая боль, но она неожиданная и непредсказуемая — знакомство с которой становится ключом к глубокому пониманию мира....
К слову сказать, трубку Артём взял далеко не сразу. Обиделся, значит, что я не позвонил раньше. Только на фразу «Аришка в беде, перезвони» соблаговолил ответить на вызов.
– Кустов, он профи.
– Не помню, чтобы он сообщал, как на жизнь зарабатывает.
– А ты и не спросил?
– Да мне по хрену было. Арина приглашала выпить кофе, немного развеяться да просохнуть от виски, я и соглашался. Чувак рассказывал, что много путешествует, у него дом в Испании. Да и вообще, я его всего дважды видел! – пытается оправдаться Артём.
Это лишнее, ведь он виноват не больше меня: оба проморгали девку.
– И тебя не смутило, что лет ему в два раза больше, чем ей?
– А ты, можно подумать, через пятнадцать лет перестанешь фоткать восемнадцатилетних невинных фей голышом и переключишься исключительно на ровесниц?
– Это совсем другое.
– Разве? Так что, твой человек молчит еще? Может, позвонить ему?
– Ей. Нет, она уже выяснила, где студия Марка, и написала мне. Но что-то читать лень, вот решил кофе для начала допить! – психую я.
– Успокойся. Сейчас найдем его, потом сестру. Если это правда, ну, что он ее колотит, начистим рыло. Расскажи лучше, над чем вы с Верой смеялись тогда на концерте «Нежити». Я спать не мог, все думал, гадал. Я что, клоун вам?
Снова расплываюсь в улыбке:
– Честно, понятия не имею, о чем ты.
Артём передразнивает, но в этот момент падает сообщение в Ватсапе. Тома выяснила, что знаменитый Креманкин уже несколько месяцев снимает целую студию, правда на другом конце города.
Глава 43
Отчеты непотопляемого пирата. Запись 23
Когда мы с Верой ездили в тот единственный раз на Красную Поляну в Сочи, то гуляли на свежем воздухе несколько часов подряд, пока девица-красавица не стерла ноги в кровь. Терпела бедняга, хорошо, что я сам заметил ее хромоту и сходил в аптеку за пластырями. Она ни разу не пикнула и не пожаловалась.
Мы много держались за руки, любовались сумасшедшими видами, стоя близко друг к другу. Обычно Вера – спереди, я – за спиной, руки на ее талии. Изредка утыкался в ее шею, пьянея от аромата кожи, улыбался от волной накатывающих воспоминаний. Хотел ее тогда до дрожи, не поверите. Впрочем, как и сейчас. Но тогда я и не надеялся, что второй раз состоится. Теперь не сомневаюсь, что все у нас получится."
"Вера была серьезной.
