После смутных времен война и катастроф люди спешат забыть прошлое и начать новую жизнь. Но не все их планы благородны. Первый том эпической саги раскрывает, какие опасности таит спешка и самообман, когда общество стоит на грани перемен, а судьба готовит новые испытания.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
После смутных времен война и катастроф люди спешат забыть прошлое и начать новую жизнь. Но не все их планы благородны. Первый том эпической саги раскрывает, какие опасности таит спешка и самообман, когда общество стоит на грани перемен, а судьба готовит новые испытания.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
После смутных времен война и катастроф люди спешат забыть прошлое и начать новую жизнь. Но не все их планы благородны. Первый том эпической саги раскрывает, какие опасности таит спешка и самообман, когда общество стоит на грани перемен, а судьба готовит новые испытания.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Почему? Не так встали звезды или… люди?"
"Прошлый раз на показавшийся зачарованным берег спустилось трое. Мать, сын и друг сына. Волна, Молния и снова Волна. Если, конечно, верить небу и родословным. Те, кто видит звезды зелеными, связаны, и порой на них что-то накатывает. Арно проговорился, что в бою, сам не зная как, отыскал Валентина. О контузии брата малыш молчал, Эмиль написал сам. Оказалось, чуть ли не в тот самый миг, когда сын, спасаясь от пули, прикрылся конем, она почувствовала что-то вроде дурноты и выронила чашку. Конечно, родная кровь – это родная кровь, но и с побратимством тоже все непросто, иначе б про названых братьев столько сказок не сочинили. А если дружба связала двоих «демонских отродий», причем, если можно так выразиться, разнокалиберных? Повелитель Волн и вассал Молний не из старших, и к тому же Волна по матери. Как там Альдо изволил сказать Роберу, «женщина неважна, она лишь сосуд, а вино – мужчина»? Образно, но сосуды бывают треснувшими и грязными, в них может оказаться другое вино, уксус, яд, краска, дохлая муха, у некоторых так точно оказалась…
– Сударыня, – подал голос Барсук, – позвольте мне?
– Хорошо, – бездумно кивнула Арлетта, позволяя «фульгату» опробовать простенький, явно новый мостик через заснеженный овражек. Судя по подернутой туманом прибрежной полынье, это было русло не до конца замерзшего ручья.
Прошлый раз они дальше церкви не забирались, но сейчас можно и пройтись, хотя бы до конца тропки. Любопытно, кто и зачем ее протоптал, ведь на пристани зимой делать нечего, хотя гуляют и ради самой прогулки. Как чета Альт-Гирке или ее величество Алиса. Королева выгоняла в свои парки всех, сперва мечтать и резвиться, затем делиться восторгами от распустившихся цветов и пришедших в голову строк.
– Порядок, – доложил дважды прошедший и не подумавшим являть коварство мостиком «фульгат». – Не провалится.
– Спасибо.
Веселый снежный хруст, ясная синева, покой. Здесь просто не может произойти ничего скверного, вот во дворцовых садах бывало всякое.
С чего она бросилась напрямик сквозь мокрые после недавнего дождя колючие заросли, Арлетта не поняла. Младшая из фрейлин, она позволяла себе ребяческие выходки вполне осознанно, но сейчас о шутках не было и речи. Что-то крикнула вслед Одетта, тявкнула собачка дуэньи, путь преградила водосточная канавка… Обходить некогда, остается прыгать!
Каблуки вязнут в мягкой, на совесть вскопанной земле, подол намок и потяжелел, шуму-то будет, но надо бежать. Надо! Туда, за кусты поцелуйника. Розовые и желтые цветы лезут в нос, в глаза, пружинящие ветки осыпают брызгами, но Леттина-Арлина рвется напролом и выскакивает на полянку, где прямо на траве сжалась в комок жалкая голубая фигурка.
