После смутных времен война и катастроф люди спешат забыть прошлое и начать новую жизнь. Но не все их планы благородны. Первый том эпической саги раскрывает, какие опасности таит спешка и самообман, когда общество стоит на грани перемен, а судьба готовит новые испытания.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
После смутных времен война и катастроф люди спешат забыть прошлое и начать новую жизнь. Но не все их планы благородны. Первый том эпической саги раскрывает, какие опасности таит спешка и самообман, когда общество стоит на грани перемен, а судьба готовит новые испытания.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
После смутных времен война и катастроф люди спешат забыть прошлое и начать новую жизнь. Но не все их планы благородны. Первый том эпической саги раскрывает, какие опасности таит спешка и самообман, когда общество стоит на грани перемен, а судьба готовит новые испытания.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Тем более что спать не хотелось совершенно, под такие разговорчики, пожалуй, уснешь! Зато было совестно перед брошенными на растерзание старому балбесу мальчишками.
– Ты становишься задумчив, – укорила мать, – что наводит на мысли о твоей и Эмиля несхожести. Конечно, напряженную работу мысли можно списать на влияние господина бригадира.
– Он не виноват. – Один вечер младшие «спруты» как-нибудь перебедуют, зато потом все изменится. – Я просто думал, что у нас тут нет Лукаса, а у Клауса с Питером – есть.
– И тебе стало стыдно? – Валентин поправил покосившуюся было свечу. – Мне тоже, хотя прежде я о братьях почти не думал. Тем не менее возвращаться в Васспард меня не тянет, я все больше понимаю Ирэну и все меньше хочу окончить свою жизнь в родовом замке.
– Можешь окончить у нас. – Нету шадди – пей вино, под него думается не хуже, по крайней мере сначала. – Нам не жалко!
– Ро… – мать, словно подслушав мысли, поднесла к губам бокал, – Робер Эпинэ собирается жить в покинутом при маршале Рене замке. Почему бы вам не поступить так же, у вас ведь несколько поместий.
– Считая с тем, что возле Олларии, девять. Признаться, я уже думал о Гирке, но теперь полагаю, что сперва следует прояснить вопрос с прибрежной церковью. Сударыня, вы обещали рассказать, почему она вас так заинтересовала.
– Будет лучше, если мы выскажемся все, причем начинать вам, Валентин."
"– Извольте. Разумеется, после вашего намека я освежил в памяти все, что связывает наши владения с правлением Лорио Слабого. Самое впечатляющее – это, конечно, смерть короля в ныне не существующей Новой Придде.
– До этого дойдет, но сейчас нам нужны более ранние события.
– Как скажете. Максимилиан, последний из Пенья и первый из герцогов Придд, умер четырьмя годами прежде короля. Подозревали отравление, тем более что вместе с герцогом скончались два его старших сына. Младший, Юстиниан, в это время находился в Бергмарк, что, видимо, его и спасло.
– Герцог Юстиниан прожил девяносто два года, – негромко и с расстановкой произнесла мать. Она смотрела на пламя свечи сквозь вино. Так часто делал Рокэ.
– Он пережил сыновей и внуков, – Валентин тоже говорил тихо, – титул перешел к правнуку. Вместе с новым гербом.
– Легенду о мести спрута я знаю, а вот знаете ли вы алатские сказки?
– Лишь те, которые упоминал монсеньор Лионель. Он рассказал нам с Ирэной о темной воде и о том, как алатские ведьмы поднимают мертвецов.
– Сказок в Черной Алати много больше, и некоторые неплохо увязываются с нашими поисками, но сперва займемся политикой. Дидерих, в котором я искала намеки, меня утомил, и я задумалась о поездке Юстиниана Придда к бергерам. Молодые аристократы имеют обыкновение путешествовать, но те времена были, мягко говоря, непростыми.
