Автор
Ветреный рассказывает о девушке с уникальным потенциалом и мрачной атмосферой ночной жизни города. Каждый шаг ее таит в себе опасность, и она постоянно живет в напряжении. Этот мир загадок и коварных уловок — именно то, что привлекает наших героев в этом запутанном романе....
Иногда мне кажется, что меня заперли где-то в психушке и все это — моя иллюзия. А потом мне на руки прыгает Данька и я оживаю. Возвращаюсь в реальность и понимаю — не иллюзия, не плод моего воображения."
"Антон выставил меня без ничего: без одежды, денег, украшений, не дал забрать даже косметику. Единственное, что он сделал в конце — дал водителя, чтобы тот отвез меня к сестре. Первое время мы жили у нее, а потом поняли, что нам нужно переезжать. Съезжать с отличного района, чтобы не столкнуться с Антоном.
— Ая, — кричит Данька и подбегает ко мне, обнимая за ноги.
Я улыбаюсь и присаживаюсь на корточки. Рассказываю ему, что иду смотреть на маленького ребеночка внутри животика. Даня еще маленький, но он кивает так по-взрослому, будто все понимает.
— Уверена, что не хочешь никому рассказать? — спрашивает сестра, когда я возвращаюсь к зеркалу.
— Кому? — я усмехаюсь. — Антону? Сказать, что я беременна и сидеть взаперти? Нет уж, спасибо, — я отмахиваюсь и подвожу губы помадой.
— Я не об Антоне.
— И где мне его искать? — я не рассказала сестре, что видела Ника пару дней назад. Смолчала и не стала ничего говорить, чтобы не слушать нотации о том, что я должна сказать. Не должна. Ребенок мой и точка.
— Ты же виделась с ним.
Я замираю с кисточкой у губ, разворачиваюсь к сестре и смотрю на нее, пытаясь понять откуда она знает.
— Что? — восклицает она. — Ты себя в зеркало видела тогда? Как будто призрака увидела, но счастливая, Аля.
— Перестань, — я отмахиваюсь. — Случайно столкнулись на улице. Что я должна была сказать? Я беременна, но не уверена, что от тебя?
— Ты уверена, Аля.
— Нет.
— Да.
— И почему же ты не рассказала Вадиму о беременности? О том, что у него есть сын? Ты хранишь эту тайну два года, почему не найдешь его и не расскажешь?
— Это другое, — уклончиво отвечает сестра.
— Нет, это то же самое.
Я знаю что надавила на больное, но и она не должна была упоминать о Нике. Я и так сомневаюсь, думаю, что должна была сказать, расставляю по полочкам “за” и “против”.
Я добираюсь в поликлинику несколько часов из-за пробок, которые спровоцировал снег. Несмотря на это я успеваю к своему времени и даже прихожу чуть раньше.
Захожу к доктору после предыдущей посетительницы и здороваюсь, после чего ложусь на кушетку и с замиранием сердца жду УЗИ.
