В эфире космоса живет богачевская семья — они владеют всеми секретами производства редкого металла силениума. Но Натали, главная героиня нашей истории, не знает даже его реального названия и что означает «коррозия». Вчера она увидела крутую выставку, где экспонаты говорят сами за себя — будь то новейшие корабли или прочные самолеты. Теперь Натали решительно берется за дело: хочет разобраться и найти свое место в мире неординарных разработок....
Да она и сама была взбудоражена, показала запястье.
— Вот… Он сказал неделя. Как раз прошла неделя… И что это было? Теперь вообще ничего не понимаю…
И замолчала, глядя на Ройла — она не могла понять выражения его лица. Хмурится, выглядит растеряно, но в тоже время словно о чем-то знает…
— Ройл?
Вместо ответа он принялся копаться в рюкзаке, который всегда собранный стоял у двери, на случай если придется быстро убегать. Он искал что-то, и никак не мог найти. В это время браслет на его руке, отмеряющий время, подал сигнал — пора было уезжать.
Ройл чертыхнулся, но с неумолимым временем было не поспорить.
— Ладно. Позже. Думаю, время терпит.
И привычно закинул рюкзак на плечо. А Ната, как уже было заведено, надела свой рюкзачок и взяла в руки переноску с Мордой. Она недоумевала, была немного испугана, но придется подождать с объяснениями, деваться некуда.
— Ненавижу твой браслет, — тихо сказала она.
Хотя браслет был меньшей из бед, преследовавших ее.
Часть восьмая
И снова Инфериор, унылое маленькое кафе, где вместо столов — стойки с окошками, в которые комкухи выгружали готовую еду.
Он предложил отнести бутерброды и кофе в машину, чтобы позавтракать с относительным комфортом, но Натали впервые за несколько дней, когда она соглашалась со всем, что говорил Ройл, отрицательно покачала головой.
— Я там словно в ловушке, — смущаясь, призналась она. — Словно воздуха не хватает… Понимаешь?
Он кивнул, но не произнес не слова. Смотрел, не отводя взгляд.
— Что? — не поняла Натали. Пригладила волосы, подумав, что прическа растрепалась. — У меня нос зеленый, или типа того?
Роланд рассмеялся на это подобие шутки так, словно не слышал ничего смешнее. И Ната только сейчас поняла, что он не смеялся и даже не улыбался всю эту неделю.
— Ты ненормальный, да? — обиженно спросила она.
— Не обижайся, принцессочка, — примирительно ответил Ройл. — Я просто рад, что ты разговариваешь.
Ната нахмурилась, глядя в тарелку. Ну да, разговаривает. Причем опять с этим неотесанным типом… Но что поделать — теперь поздно давать обратный ход. Ее испуг, когда она проснувшись не увидела на руке пятна от инъекции, позволил сломать стену, которую она неосознанно, но старательно возводила вокруг себя.
