Некоторое время спустя в дневных лондонских газетах появилось панические сообщения: «Королевская яхта “Александра” захвачена русскими военными кораблями, король в плену, Британия пропала», после чего лондонская биржа рухнула как подкошенная. Великий русский художник Карл Брюллов, живи он в это время, под впечатлением от всего увиденного, написал бы свой очередной шедевр: «Последний день Сити». Задуманная королем и адмиралом Фишером финансовая афера вступила в свою завершающую фазу. Затеявшие же всю эту игру Джон Пирпойнт Морган и его сын Джек немедленно почувствовали, что утрачивают контроль над происходящим, но делать что-либо было уже поздно – вал продаж нарастал подобно горной лавине, и они уже не успевали даже минимизировать потери.
Тем временем ракетный крейсер «Москва» и королевская яхта «Александра» встретились в самом узком месте пролива Па-де-Кале, после чего, застопорив машины, эскадра легла в дрейф в десяти милях восточнее Дувра. Неофициальный рабочий визит короля Эдуарда VII и королевы Александры на эскадру адмирала Ларионова начался.
После того как невидимый оркестр весьма выразительно исполнил «Боже, храни короля», опирающийся на массивную трость британский монарх в сопровождении жены и дочери прошел вдоль строя почетного караула, заглядывая в лица морских пехотинцев. Потом он подошел к адмиралу Ларионову, который вместе с чинами своего штаба, великой княгиней Ольгой и полковником Бережным стоял в конце строя. Чуть поодаль за всем происходящим с легкой иронией наблюдал американский корреспондент Джек Лондон. Ему очень понравилось, как это событие прокомментировал полковник Бережной.
– Джек, – шепнул он, – относитесь к этому визиту, как к классическому балету, где все позы и па предусмотрены либретто, десятки раз отрепетированы, а все танцовщики и танцовщицы, от примадонн до подтанцовки, проклинают режиссера и мечтают об антракте.
– Добрый день, ваше королевское величество, – на довольно неплохом английском поприветствовал короля адмирал Ларионов, – я рад приветствовать вас на борту флагманского корабля моей эскадры.
– Господин адмирал, – ответил король Эдуард, – я тоже счастлив увидеться с вами и надеюсь на то, что ваша радость непритворна. В последнее время отношения между Россией и Англией были весьма далеки от сердечных.
