Автор
Оперативник нелегальной разведки, погибший при выполнении миссии, пробуждается в теле младшего наследника магического клана. Теперь ему предстоит выжить в мире магии и политических интриг, скрывая свою истинную личность и используя навыки шпионажа для обретения настоящей силы среди...
Только для членов Ордена». Не буду их описывать, чтобы не возбуждать излишнее любопытство, но вот сегодня я их точно опробую. Интересно, как Фили отнесется к разнообразию уже наскучивших, как старым супругам, любовных игр? Так, срочно учим заклинание!"
"Я перекатился на середину кровати, чтобы не задело пса — а то потом звиздец ногам входящих — и начал сплетать любовные заклинания по образцу. Вот сразу видно, дурное дело — нехитрое. Если полезные заклинания учатся через пень-колоду то…
Раздался аккуратный стук в дверь, потом поскребывание коготками. Пес с неизбывной тоской глянул на дверь, потом уронил морду на лапы. Ну что делать, ему приходилось терпеть ежедневное вечерние изгнание на коврик за порогом.
Дверь приоткрылась.
— Милорд? — Фили, как всегда, играла роль служанки.
А что, это традиционно. В ролевых играх часто используется. Любят некоторые то пионерок, то служанок… Кого что возбуждает. Мне все равно, я не фетишист…
— Проходите, баронесса. Да, дайте Другу выйти.
Пес уныло схватил зубами коврик и выволок его за дверь. Глянув на меня на прощание жалобным взглядом. Ничего, проветрится. Положено сторожить хозяйские покои, когда хозяин в таком беспомощном положении, хотя еще один страж, точнее, стражница, уже внутри.
— Мне его жалко, — проводила взглядом собакина Фили.
— Мне тоже, — вздохнул я. — Но я не эксгибиционист. На счастье окружающих.
— А зря, — хихикнула Фили. — Показать есть что.
— Хочешь организовать бизнес? — спросил я.
— Ну в некоторых борделях такое практикуется, — потупила она свои бесстыжие глазки.
— Даже не буду спрашивать у тебя, откуда ты это знаешь.
— Ну это из категории профессиональных знаний, милорд, — загадочно улыбнулась Фили.
— Даже боюсь спрашивать у тебя глубину… в смысле твоих профессиональных знаний.
— А зря, — она поспешно избавилась от своего балахона служанки.
— Раньше было романтичнее, — вздохнул я. — Когда ты мне втирала про рыцарские романы…
— Да ну, там совокупляются как животные, чисто по-рыцарски, — махнула она рукой. — Никакой романтики.
— Писали, наверное, бедные монахи, лишенные плотских утех, — предположил я.
— Наверное, — она вышла из круга сброшенной одежды.
Я гнусно ухмыльнулся, и сплел одно из плетений, помеченное в дневнике брата тремя восклицательными знаками.
Ощущения были такие, как будто я попал в центр урагана. И этот стонущий и кричащий ураган бесновался на мне, стараясь вбить меня в кровать. Вот тут эта качественная мебель не выдержала, и начала угрожающе трещать.
