Автор
В зале молча прислушивались к голосам по всему поместью — лишь телефонные щелчки словно раздражали. Виконт стоял у окна, глядя на мрачную луну, дрожащие от внезапного напряжения в воздухе как будто неслись ореолы опасности. Как всегда — смерть вдалеке, а вдах убийства рядом....
Или эта свинья сейчас будет забита на мясо.
— Успокойтесь, пожалуйста, мистер Гарсия…
— Ну-ка, быстро отвели своих бойцов за угол, или хрен вам, а не заложник!
— Хорошо, мистер Гарсия…
Ага, потопали ногами, делая вид, что отходят, но с места так и не сдвинулись. Думают, что я их не вижу. Лошье… А нет, не совсем. Все-таки нашли камеру. Последнее, что я увидел на экране смартфона, была здоровенная пятерня, тянущаяся к ней.
— Вы только что убили заложника, агент Мэллоун, — я бросил трубку и наклеил обрывной датчик на дверь.
Потом посмотрел на кресло. Глаза у толстяка стали выпученными, почти как у Шварца во «Вспомнить все». Фу, да он же еще и обоссался… Ладно, простим ему эту маленькую слабость, обосраться он уже не успеет. Может, все-таки, попробовать его спасти, слишком много побочного ущерба? А куда же его действительно девать? Ну есть вот тут закуток, образованный несущей колонной и с декоративной стеной. Не полноценное укрытие от взрывной волны, но все же. При удаче уцелеет, может быть… Но даже если и так, то будет инвалидом до конца дней.
— Не плачь, все будет плохо! — заговорщицки подмигнул я ему, отчего тот обмер, и откатил кресло с ним в закуток.
Как только колесики выдерживают такую тушу? По спецзаказу, что ли, крестовину делали? Хотя может быть и так, любители гамбургеров и кока-колы тут через одного.
— Мистер Уилкинс, вы религиозны? — вкрадчиво спросил я.
— Ммм, ммм! — с облегчением закивал головой толстяк. Видимо, подумал, что я сейчас его отпущу.
— Ну тогда молитесь! — и я придвинул стенной шкаф, загораживая закуток.
Опять зазвонил телефон на столе. Да что у него, возбуждение что ли настало? Прямо как малолетняя школьница, влюбившаяся в одноклассника и достающая его по телефону каждые пять минут.
— Что? — грубо сказал я в трубку.
— Как там заложник? — спросил Мэллоун."
"— Еще жив, — я нажал кнопку, и жалюзи левого окна, стоящего у письменного стола, поехали вверх. Да и правое окно можно расшторить, все равно моя заготовка видна только из среднего.
Я открыл окно и посмотрел на оживленное движение внизу, на козявки машин, двигавшихся по своим муравьиным серым тропкам… Сороковой этаж, прыгать далековато будет. Хотя я этого делать и не собирался, пусть очень специальный агент среагирует и решит наконец проблему.
— Не делайте глупостей, мистер Гарсия… — сказал Мэллоун.
