Мне тоже это очень хочется знать.
Издали послышался топот стада слонов.
– Стойте, вы куда? – Это взволнованный голос Луциса.
В кабинет влетел потный нехеец, юркнул за спину ректору.
– Вот сам тан Аббаи почтил нас своим присутствием, – проговорил зловредный дед.
– Господин ректор, спасайте! – выглядывая из-за широкой спины мага, взволнованно проговорил Ирридар.
– Вы куда? – обреченный голос Луциса.
В кабинет влетели восемь девушек-«снежинок», с задранными выше колен юбками, открыв стройные ножки.
– А вот и свита! – Дед уселся поудобней и принялся разглядывать открывшуюся панораму голых ног.
– Мессир, они прорвались силой, – забежал следом потрясенный несоблюдением субординации секретарь.
Мессир Кронвальд побагровел и закричал:
– В чем дело, господа студенты? Как вы посмели без спроса войти в мой кабинет и в таком… вот виде? – показал он пальцем на их оголенные ноги.
– Ой, – испуганно воскликнули девушки все сразу и опустили подолы своих платьев.
– Простите, мессир… – заговорили они вразнобой.
– Неделя работы на кухне. Всем вам. И вон отсюда, – пророкотал ректор.
Боевой настрой у эльфарок слетел вмиг. Они нестройной толпой повалили на выход. На Ирридара они даже не смотрели.
– Большое вам спасибо, мессир! Я ваш должник, – раздалось у ректора за спиной.
– А ты еще здесь? – разозлился маг. – Семь дней работы в отстойнике.
– Хоть десять, мессир. Только можно я еще немного побуду с вами? – Он выглянул в окно и облегченно вздохнул: – Ну я пошел.
– Стой! А чего они от тебя хотели? – опомнился архимаг.
– Не поверите, мессир, они хотели, чтобы я прикоснулся к прекрасному, – печально сказал юноша и вышел.
Назад к себе я возвращался под «скрытом». Во дворе академии было не протолкнуться: все ждали лидера сегодняшнего забега.
Я понял, что пройти спокойно мимо них – пустая затея. Поэтому из кабинета ректора спустился на первый этаж и через окно удрал подальше от главного входа.
Никем не замеченный, добрался до своих покоев. А там меня ждал боевой отряд верных вассалов в полном составе. Они стояли, заграждая мне вход в мою обитель, и рассуждали о том, что же могло явиться причиной бегства их сюзерена.
– Ты веришь этим россказням про порушенную честь эльфарки?
– Нет, в это я не верю. Бежала не одна, а все восемь.
– Хочешь сказать, он всем порушил?
– Да ничего такого я не хочу сказать.
– Вам, мужикам, только об этом трепаться. Может, это старая месть всему его роду, – высказала предположение одна из девушек.
Дальше я слушать не стал, снял «скрыт» и спросил:
– Вы чего толпитесь у моих дверей?
– Ждем победителя забега, – ядовито ответила за всех Мегги.
– И кто он? – Я прошел между ними и открыл дверь. Я понимал, что избавиться от них без объяснений не получится.