– За работу, – пояснил я, глядя на удивленного помощника конюха. – И еще. Знаешь, кто покупает лошадей?
– Конечно, ваша милость. Хряк-лошадник.
– Надо же, хряк и лошадник, – иронично произнес я. – Если приведешь его в течение получаса, получишь серебряк, понял?
– Все сделаю, тан, даже раньше, – ответил мальчишка.
– Тебя как зовут? – спросил я.
– Вихор, ваша милость, – поклонился он.
– Хорошо, Вихор, я буду ждать полчаса, – сказал я. Открыл дверь и вошел в большой зал постоялого двора.
Зал был действительно большим, заставленным деревянными столами. Увидев эту столовую – а как еще обозвать место, где одновременно может пообедать человек двести? – я почувствовал просто невыносимый голод. Сел за ближайший стол и крутанул в воздухе поднятой рукой. Время было раннее, посетителей, кроме меня, еще не было. Ко мне подошла сонная деваха с подносом и спросила:
– Что угодно вашей милости?
– Есть хочу, – ответил я.
– Для благародных, – сказала подавальщица, – отдельный зал. Не изволите ли перейти?
Я посмотрел на нее и сказал:
– Не изволю. Хочу поближе к простому народу быть. Мудрости от него набраться. – Но, глядя на впавшую в ступор девушку, понял: шутка юмора не прошла. – Что есть поесть? – поинтересовался я.
Та продолжала смотреть на меня, открыв рот, и не двигалась. Жена меня всегда ругала за то, что я люблю прикалываться.
– Шутки у тебя солдафонские, – возмущалась она. – Ходить с тобой стыдно.
Вот и теперь я не удержался, достал кинжал и, рассматривая его, тихо сказал:
– У нас в горах, если нет еды… мы едим… наших женщин.
Попробовал пальцем острие и как-то автоматически, не задумываясь, послал слабый ментальный посыл страха.
Того, что произошло дальше, я не ожидал. Дуреха рухнула на колени и заголосила:
– Не губите, барин. Я все для вас сделаю.
– Хорошо, хорошо. – Теперь напуган был я. – Не буду тебя есть, только успокойся.
Не зная, что делать, растерянно стал оглядываться по сторонам. Деваха встала, вытерла слезы и преданно посмотрела на меня.
– Ну, так еда есть? – с опаской спросил я.
– Есть! – очень твердо ответила молодуха, и я понял: если надо, она сварит для меня повара.
– Что есть? – с интересом спросил. Ситуация меня уже больше забавляла, чем пугала. Потому что совсем недавно праздничным блюдом был я.
– Все есть, – ответила официантка местного общепита. – Ой, вернее, то, что осталось с вечера, – прикрыв рот ладошкой, поправилась она. И опять рухнула на колени.
– Тогда на стол мечи, – сказал я, не подумав.
