Начало торгов, стало быть, за сумму крышевания.
Если бы они били только Изю, я бы посмотрел на это снисходительно, они сделали то, что хотелось мне. Но эти уроды избивали мою звезду эстрады.
– Борт, ломай им и ноги, – приказал я.
Четверо вымогателей лежали передо мной. Борт помахивал кувалдой, Изъякиль подтирал кровавые сопли, какой-то толстопуз успокаивал Циню.
Бандиты ругаться уже не хотели и не могли, самый говорливый лежал с пробитым черепом и успокаивающе действовал на остальных.
– Чьи будете? – спросил я, усевшись на скамью.
– Мы от Бражника, – прохрипел самый стойкий. – А вы кто?
– Почему не спросили, чей это трактир? – Я не торопился отвечать на его вопрос.
– А чей он? – запоздало спросил тот же. Я немного снял с него болевые ощущения, чтобы можно было поговорить.
– Студента, – ответил я.
– Студент на севере мазу держит, а здесь юг. Здесь наша территория. – Бандиту трудно было говорить, но он пытался отстаивать свои права рэкетира.
– Студент не лезет на вашу территорию, он просто купил трактир. В чем проблема? Трактир продавался, Бражник его не купил, но купил наш босс. Живите дальше, в ваши порядки мы не лезем, свое защищаем.
– Зачем ты Гвоздя убил? Мог бы просто объяснить.
– Вы сами пришли и, не спрашивая, стали бить мою собственность.
При этих словах идриш возмущенно засопел носом.
– Жить хочешь? – спросил я.
– Спрашиваешь… Кто не хочет? – ответил бандит.
– Вам по-свойски продам целебный эликсир по золотому с носа. Если дорого, выкину на улицу, подыхайте там, – сказал я равнодушным тоном, поскольку плевать хотел на то, что будет с ними.
– Возьми в сумке, – откликнулся бандит.
После ухода незадачливых вымогателей ко мне подступил Изя.
– Ваша милость, – начал он, задрав нос, – мы не ваша собственность.
– Пока ты должен мне деньги, идриш, – перебил его, – ты моя собственность. – Я спокойно смотрел ему в лицо. Он был в прошлом ушлый ростовщик и сам обирал несчастных, поэтому я не собирался его жалеть. – Ты потратил деньги на стройматериалы, на нелепую вывеску, заплатил работникам, и все из моих денег. Один рабочий сломал руку, когда падал с лестницы, и все по твоей вине.
Он моргал глазами, силясь что-то ответить.
– И как ты думаешь, кто ты теперь? – Я насмешливо смотрел на сдувающегося старика. – И кроме того, у меня возникли проблемы с местными бандитами по твоей милости и глупости. И эти проблемы я оцениваю в сотню золотых.
При моих словах толстопуз, недавно успокаивавший Циню, бочком стал продвигаться к выходу.
– Подойди сюда, – позвал его я. Он вздрогнул и затараторил:
– Я тут ни при чем, я просто зашел.
– Кувалда, сломай ему ноги, – сказал я и подмигнул Борту.
– Не надо, ваша милость. – Толстяк упал на колени.