— Для вашей служанки? — не мог не спросить, уходя, ехидный дворф.
Я, скривившись, посмотрел в его широкую спину.
— Рона, учись у Овора всему беспрекословно, — наставлял я девушку. — Дядька, заберешь повозку, на которой мы приехали.
Я дал последние указания. Наступил уже поздний вечер, и пора было возвращаться в академию.
Попрощавшись со всеми, я вышел, сопровождаемый взглядами двух девушек, и обе они смотрели с большим огорчением. Но сначала мне надо было навестить кое-кого. Остался должок за аптекарем, который необходимо было вернуть. Осторожно приблизившись к дому главы бандитской шайки, я стал изучать его охранные чары. О своей безопасности дед заботился основательно: здесь был контур охранных плетений. На двери и окнах заклинание отравления второго уровня — дорогое удовольствие. Во дворе — хорошо спрятанная волчья яма. Охраны из людей у него не было, но при таких магических заклинаниях на воротах и необязательно их держать рядом. Я подошел к контуру «сигналки», вплел дополнительную дугу за своей спиной и оборвал линию, — контур не разомкнулся благодаря моей вставке. Обошел яму и подкрался к двери, там просто вытянул энергию из плетения, смазал петли принесенным маслом. Дверь была закрыта на магический замок. Теперь действовала Шиза, она сформировала и удлинила силовой щуп и открыла замок. Я тихо вошел в дом.
Старый Солвень проснулся от беспокойного чувства. Сквозь сон ему почудилось, что в доме есть кто-то посторонний. Не открывая глаз, он сунул руку под подушку и замер: амулета паралича не было. Старик резко сел на кровати и огляделся. Во мраке комнаты он увидел плохо различимую фигуру, сидящую на стуле возле кровати.
— Кто здесь? — в страхе спросил он.
Его сердце бешено заколотилось. Он пытался зажечь свечу, но руки тряслись, и трут не загорался. Гость сидел молча, не двигаясь. Солвеню стало по-настоящему жутко. Наконец он справился и поднял горящую свечу. Напротив него сидел юноша и с интересом наблюдал за стариком. Главарь за свою долгую жизнь научился разбираться в людях, дожил до старости и понял — за ним пришла смерть. У юноши были безжалостные глаза взрослого человека.
— Батюшки, одержимый! — У Солвеня оборвалось все внутри. — Что угодно моему господину? — прохрипел он.
— А ты разве не знаешь? — смеясь, спросил парень.
— Не знаю, господин. — Голос старика предательски задрожал.
— Ведь ты принял на меня заказ, Солвень. Сказал передать потом уважаемым людям. Только жаль, нет больше их, — вздохнул одержимый.
Солвень сполз с кровати. Он сразу понял: пощады ему не будет. Но он на что-то еще надеялся. Аптекарь, причитая и прося о милости, на коленях пополз к спокойно сидящему монстру в облике симпатичного парня.