— Я знаю, что делать, — крикнула Розина и выбежала из комнаты.
Больше мы ее не видели. Вернее, не видели товарищи. А мой сканер показывал, что она приняла "смерть" — героическую, но глупую. Ее тушка лежала сразу у выхода из комнаты. Устав ждать ту, что знала больше всех, последний мой парень со смешным именем Кроль выглянул за дверь и только успел произнести: "Ты скоро?" — как тут же получил по носу. Он влетел обратно, держась за него, и заорал:
Мне было жаль, грузинский хор был грубо нарушен безголосой импровизацией.
В строю осталось три бездарных мушкетерки, они жались друг к другу, периодически выталкивая кого-то вперед, и старались спрятаться по принципу "одна за всех и все за одного". Я же гадал, чем это побоище в конце концов закончится?
Эрна наконец создала заклинание развеивания и увидела перед собой проявившуюся Мию. Та, как кошка к птичке, подбиралась к ней. Увидев неожиданно возникшую девушку, Эрна завизжала со страху, а Мия испугалась оттого, что ее обнаружили, и завизжала в ответ. Две другие девушки, очень взволнованные, стоявшие настороже, завизжали от испуга, услышав визг Эрны и Мии. Я испугался их визга и спрятался под потолком на полюбившемся мне крючке, наблюдая, как девушки упали, потеряв сознание.
— Финита ля комедия, — прокомментировал я сверху.
— Вот смотри, — поучала Лианора Ринаду, — слуг у нас трое, это семья сервов, купленная таном Овором. Жакуй, он тут и плотник, и свинарь, и садовник, его жена Мара, повариха, и их дочка Прокла, ты ее видела, она убирает в поместье. Работы много, но все стараются и всё успевают. Тебе только и надо будет задать корма свиньям и присмотреть за поросятами, чтобы не заболели и не подохли. Смотри, какие хорошенькие, — Лианора с нежностью взяла в руки поросенка. — Ути-ути, — просюсюкала она и поставила визжащего малыша в загон. — Что непонятно, спрашивай у Жакуя, он объяснит. Ну, можешь приступать, — разведя руки в стороны, напоследок сказала дворфа и пошла на выход.
Уже у самой двери она обернулась. В ее глазах не было доброты, а голос мог вызвать стужу.
— Не вздумай меня разочаровать, девочка, иначе и веревка с мылом покажется тебе райским наслаждением, — и, больше не проронив ни слова, вышла, оставив Ринаду одну, застывшую от ужаса: она узнала эти интонации.
— Полковник, разрешите войти? — в дверях кабинета стоял, почтительно ожидая разрешения, сержант Ламье.
— Заходите, сержант. — Блюм поднял глаза и с улыбкой посмотрел на своего нового соратника.
