История о женщине, которая боролась с жизненными невзгодами и болезнью. После смерти она оказывается в потустороннем мире, похожем на её любимую эпоху. Но новое воплощение дарует ей тело, отмеченное трудной судьбой. Перед героиней встаёт вызов – найти смысл в новой жизни и преодолеть её...
— Я ничего не пробовала, — покачала я головой. — И даже не представляю, с чего начать.
— Я тоже не могу сказать, что хорошо представляю, но я знаю, кого можно попросить о помощи.
— И кого же? — наверное, можно попросить Берту, но захочет ли она, и сможет ли?
— Граф Ренар сейчас в городе. Он больше не преподаёт в Академии, но провёл там много лет, и я думаю, большая удача, что он удалился из столицы сюда.
— И где его искать? — вот, опять.
Я ничего не знаю об этом городе и его жителях. Дома всё решалось парой кликов, звонком, личной встречей, или же можно было направить на ту встречу помощника, если та встреча больше была нужна другой стороне, нежели мне. А тут что? У меня есть две камеристки и Тереза, и куда их можно послать? Кажется, никуда.
Тьфу, у меня целый дом и большое наследство. Я могу послать — кого и куда захочу. Правда, сначала бы всё равно понять, кто вообще у меня есть.
— Я могу встретиться с ним и рассказать о вас. Он, скорее всего, будет предубеждён против вас, потому что вы женщина, и потому что до сих пор ничего не знали о своей силе. Но велика вероятность, что его заинтересует ваш случай.
— Я буду вам очень благодарна. Можно пригласить его на обед? Или на ужин? — только тот обед или ужин должен быть приличным по смыслу и содержанию.
— Можно, — кивнул господин Валеран. — Я постараюсь сегодня встретиться с графом и передать ему ваше приглашение.
— Большое спасибо, — кивнула я.
В дверь застучали.
— Госпожа Викторьенн, идите обедать!
— Пойдёмте обедать, господин Валеран, — я начала подниматься, но он подхватил меня и поставил на ноги.
— Осторожнее, госпожа Викторьенн. Не стоит делать резких движений, пока не окрепнете. Вы идёте на поправку, но — ещё не здоровы, запомните это.
Я только кивнула — что мне ещё оставалось? И приняла его руку.
Господи, ещё и магия. Ну прямо попаданка по классике. Попаданке положено щёлкать пальцами, и всё становится известно, понятно и прекрасно. А когда на неё волокут, говорить «ага, шаз». Почему у меня не так?
Я даже щёлкнула пальцами, прямо вот пока шли. Ничего не изменилось. Эх.
В столовой уже собрались все — и Тереза, и господин Фабиан, и баронесса с сыночком. Двое последних, кажется, пожелали съесть меня, а не обед.
— Явилась, воровка, — прошипела баронесса.
А её сыночек мрачно сверкнул на меня глазами.
