— Добрый день, господин граф. Арро? — я очень рада его видеть, потому что без него всё было бы в сто раз сложнее.
— Да, буду рад, благодарю вас, Викторьенн, — улыбается он в ответ.
И вместе с арро для графа мне приносят письмо. Приносит сама Сандрин, на серебряном подносике.
— Вот, госпожа Викторьенн, извольте видеть — из дома самого королевского наместника доставили.
Тереза оживляется, я недоумеваю — я ж его в глаза не видела ещё, того наместника. Но он, конечно, мог видеть и знать Викторьенн, да так и было, наверное. И что там?
Вместе с письмом мне подали и нож, я вскрываю конверт и читаю, сначала просто, а потом и громко:
— Дорогая госпожа де ла Шуэтт, мы с супругой будем весьма рады видеть вас на нашем празднике, если вы сочтёте для себя возможным прибыть к нам третьего дня. Анастас де Сегюр.
Однако!
18. Приготовления
Вся моя команда смотрит на меня — что я скажу, прочитав письмо. Господин Фабиан переглядывается с господином Паланом, граф улыбается, Тереза сияет. Ну вот, не нужно никакое приглашение, всё сложилось само. Это наш шанс, и нужно его хватать, верно?"
"— Так, друзья, — я смотрю на них на всех. — Я сейчас говорю, а вы поправите меня, если я скажу что-то не так, хорошо?
Кивают, улыбаются.
— Говорите, Викторьенн, — граф выражает одобрение словами, не только улыбкой.
— Говорю. Я верно помню, что знакомство моё с господином наместником если и было, то весьма поверхностное?
— Верно, — говорит Тереза. — Он в прошлом году приходил в этот дом на торжественный обед. И время от времени — к Гаспару, но тогда они запирались в кабинете, иногда ещё с господином Фабианом, — лёгкий поклон в его сторону.
— И что же, он решил своими глазами посмотреть на ту особу, которую убивают-убивают, но никак не добьют? — смеюсь.
— На ту особу, которая борется за наследство господина де ла Шуэтта, и которая, по слухам, убила подосланного к ней убийцу, — поправляет меня господин Палан.
— Значит, нужно идти, — говорю. — Пускай смотрят. И вдруг попадутся какие-то полезные знакомства? Скажем, можно ли договориться с господином наместником, чтобы он приструнил господина судью? Или хотя бы велел ему работать честно?
— Господин наместник — человек ещё прежнего царствования, а господин де ла Порт — ставленник кардинала Фету, назначенного три года назад государственным канцлером, — покачал головой граф. — Им весьма сложно договариваться.
— А кто из них — человек короля? — пробормотала я.
— Конечно же, оба, но… — усмехнулся граф. — Скорее, наместник. Господин де ла Порт очень уж себе на уме, а до кардинала Фету далеко, как и до его величества.
— До короля далеко, до его брата далеко, и все этим пользуются.