Марьяна и Денис оказываются в напряженной ситуации, где прошлое и текущие отношения сталкиваются с серьезными интригами. Между ними возникает напряжение, вызванное невысказанными чувствами и скрытыми секретами. Их взаимодействие наполнено недоверием и борьбой за то, что им дорого.
И будить ради того, чтобы ты лишний раз потрепал ей нервы я не собираюсь.
— Хорошо. Тогда приду утром.
— Не придёшь. Ни утром, ни днём, ни вечером. Вообще никогда. Она сказала, что не хочет больше тебя видеть.
В черных глазах Дениса мелькнула сначала растерянность, а через секунду твердая решимость. Челюсть с усилием сомкнулась, мышцы напряглись, пальцы сжались в кулаки.
— Тогда, я хочу услышать это от неё самой. Не от вас…
— Уходи, капитан. Уходи и никогда не возвращайся, — глухо проговорил Королёв, — Так будет лучше для всех. Найди себе кого-нибудь попроще…
— Нет, — жёстко ответил Орлов, — Сначала я должен поговорить с Марьяной. Вы мой должник, помните? И обещали выполнить любую мою просьбу. Дайте мне с ней объяснится…
— Нет, — голубые глаза генерала окатили его арктическим холодом, — Моя дочь — не игрушка. Я готов предложить тебе крупную сумму денег и хорошую должность где-нибудь в Центральном военном округе. Ну, или учебу в академии командного состава. Но к Марьяне больше на пушечный выстрел не подпущу. Просто забудь о ней.
— Вы слово офицера давали, Андрей Михайлович, — заскрипел зубами Денис, едва сдерживаясь, — Помните, когда не получилось забрать ее из Сирии… Я не совершил по отношению к ней ни одного нехорошего поступка. И просто хочу, чтобы Марьяна знала об этом. Если она, глядя в глаза, скажет, что я ей не нужен, вы больше никогда обо мне не услышите… Но не раньше.
Генерал скрестил руки на груди и с каменным выражением лица продолжил: — Марьяна — моя единственная дочь. И ради неё, если понадобится, я солгу, убью, украду. Сейчас ты меня не поймёшь. Осознаешь в тот момент, когда впервые возьмёшь на руки своего ребёнка. Свою миссию ты уже выполнил. Поэтому — уходи. За то, что сохранил мою девочку — спасибо. Но с тобой она не останется. Рассчитаюсь деньгами. Ты хорошо выполнил работу, и это будет щедро оплачено.
— Я не нуждаюсь в деньгах, — прожигая черным взглядом чеканил слова Денис, — У меня их больше, чем вы думаете. Дайте всего пять минут с ней наедине. Разве я много прошу?
— Повторяю. Она мне — дочь. А ты — никто. И в мои планы никак не вписываешься. Растоптать тебя мне ничего не стоит. Не хочу угрожать, Денис. Но, если не послушаешься и не отступишь, будет плохо. Я был не прав. Ошибся, когда решил, что ты сможешь сделать Марьяну счастливой. С моим благословением вы пробыли вместе меньше суток. Разве так бывает, когда действительно любишь? Значит, хорошо, что ничего не вышло. Второго шанса не будет. Уходя, свой выбор она сделала.
