Современник попадает в тело легендарного советского полководца Михаила Фрунзе в момент его смерти в 1925 году. Получив второй шанс, он должен переосмыслить историю и собственную жизнь, решив, сможет ли изменить судьбу великого военачальника и ход событий в стране.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Вираж бытия»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Современник попадает в тело легендарного советского полководца Михаила Фрунзе в момент его смерти в 1925 году. Получив второй шанс, он должен переосмыслить историю и собственную жизнь, решив, сможет ли изменить судьбу великого военачальника и ход событий в стране.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Современник попадает в тело легендарного советского полководца Михаила Фрунзе в момент его смерти в 1925 году. Получив второй шанс, он должен переосмыслить историю и собственную жизнь, решив, сможет ли изменить судьбу великого военачальника и ход событий в стране.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Зинаида же Виссарионовна, видя расстроенный внешний вид наркома, продолжала ворковать, успокаивая его. Она то исходила совсем из иных вводных сведений.
Флеминг и его последователи не знали, что открыли и как это использовать. И осторожно, без особого энтузиазма, исследовали особенность вполне привычного им вещества. Она же точно знала о том, что должна получить. Равно как и о том, что некий кто-то это уже получал. Во всяком случае, увидев действие плесени на колонии бактерий она в этом уверилась. И Ермольевой очень не хотелось, чтобы нарком разочаровался в слишком гипотетичном проекте. И не свернул его. А финансирование лаборатории шло экстраординарно, за счет наркомата по военным и морским делам.
Так полчаса и проболтали.
Пока, наконец, поняв, что делать ему в лаборатории больше нечего, он отправился обратно к себе. В наркомат.
Разочарованный.
Он хотел отвлечься и приободриться перед выступлением. Вечером планировалось очередное заседание ЦК ВКП(б) с приглашенными. То есть, в расширенном составе. И ему там требовалось озвучить выводы и предложения по итогам маневров Московского военного округа.
А тут еще эта печаль с лабораторией…
Вернулся в свой кабинет.
Попил чая.
Немного подремал на диване.
И, как зазвенел будильник, взял заранее подготовленную папку, да отправился в кремль.
– Товарищи, – начал он свое выступление. – Ситуация в армии аховая. И с этим нужно что-то делать. Срочно. Уже вчера…
После чего он предложил ряд мер. Которые сводились к трем базовым китам: дисциплина, образование, единоначалие.
В первом случае – от предлагал налегать на наведении субординации и общего порядка в войсках. Параллельно давя панибратство и атаманщину. Чтобы приказ командира был законом для подчиненного, а не поводом для размышлений или благим пожеланием.
Сказано в атаку – значит в атаку.
Сказано отходим – значит отходим.
Само собой, с введением дисциплинарных взысканий вплоть до расстрела. Потому что никакие правила невозможно установить, если за их невыполнение не будет никакого наказания.
Во втором случае он предлагал ввести систему персональных званий, отражающих уровень индивидуальной компетенции. Вернуть старые царские, в несколько переработанном варианте. С учетом мирового опыта. И установить разного рода цензы для них. Например, образовательные.
Так, для унтер-офицеров предполагался полный курс земской школы в 4 класса. Для обер-офицеров уже военное училище. Для штаб-офицеров – военная академия. Генералитет же должен был похвастаться еще и высшим образованием каким-то дополнительным.
Подобные цензы – идеальный вариант. И РККА не соответствовала им процентов на 95–98. Однако, несмотря на это, Михаил Васильевич предложил аттестовать весь личный состав РККА.
