Вираж бытия — это психологическая миссионерская драма о том, как жизнь может заиграть с ушами в последних минутах перед смертью. Автор мастерски раскрывает тонкий портрет психики человека, брошенного на произвол судьбы приближающейся к нему бездне, создавая изощренную атмосферу нереального спокойствия и бесконечной темноты....
И поражение в этом этапе политической борьбы носило бы лишь тактический характер. Поэтому он сильно не переживал.
Неприятно.
Нервно.
Но он все равно оставался королем положения. И мог на партийном съезде проводить те решения, которые ему требовались. Тем более, что во главе ленинградской организации уже стоял его человек – Киров, прекрасный оратор, способный «не мытьем так каканьем» добиться утраты Зиновьевым фактически власти.
Иными словами, несмотря на весь сыр-бор он все равно выигрывал и время работало на него.
А вот внезапная смерть Зиновьева с ближайшими соратниками все переменила. Да. Он все еще оставался на коне. Да. Не было никаких доказательств его причастности.
Но разве толпе когда-то эти доказательства требовались?
По Москве и Ленинграду уже в тот же день пошли слухи один другого краше. Разделившись на две основные группы.
В первой возмущались таким вопиющим поступком Сталина. Во второй – восхищались. Но все они, практически безоговорочно, сходились в том, что это сделал именно он. Понятно, не своими руками, а через сторонников. И все попытки спихнуть вину на белогвардейскую агентуру или еще на кого не имели никакого успеха.
Зачем?
Так за Зиновьевым стояли боевики эсеров[53] – представители самой дерзкой, жесткой и успешной террористической организации той эпохи. На руках которой было очень много крови. В первые годы советской власти именно они стали проводником красного террора. Но это – ладно. Главное, что в годы царской власти они перебили массу высокопоставленных чиновников.
И Сталин испугался.
Он практически полностью ушел с публичного поля до завершения расследования. Ибо был уверен – «торпеды пошли», если выражаться современным языком. То есть, его почти наверняка приговорили. И единственным спасением было скорейшее расследование с нахождением настоящего заказчика убийства. И не просто так, а с вескими доказательствами, подходящими для обнародования.
