Автор
В окна автобуса застучали дождевые капли, а Вика чувствовала себя загипнотизированной зловещей серостью улицы. Планировавшаяся поездка к отелю теперь казалась полным идиотизмом - слишком холодно, слишком мокро, но как можно было отказаться после того, что уже сказано? Вика чувствовала себя словно в бреду, не зная, что ждет ее дальше....
Я продолжаю читать, удивляюсь заниженной стоимости объекта. Перечитываю снова. В это время покупатель набирает кого-то:
— Алло. Да, привет. Сейчас будем подписывать, я тебе маякну. Серьезно? Ты ей хоть покажи где педаль газа, а где тормоз. А то она, по-ходу, слабенькая в этом деле, — смеется он — я Игорьку говорил, чтобы купил ей сначала тачку подешевле для практики, а то расхреначит, и что с нее возьмешь. Ни моек, ни машины.
У меня учащается пульс, я отрываю голову от договора, смотрю на него.
— Ладно, я дам знать, и сразу можете подписывать.
— Простите, — говорю я — я правильно понимаю, что сейчас будет не купля-продажа, а обмен?
— Спросите у Игоря.
— Я вам продаю, и деньги должна от вас получить.
— Какие деньги? Ты че тут правила игры меняешь? У нас с Вишняковым другой уговор был.
— Тогда объясните.
— Мы подписываем куплю-продажу здесь, а там такой же договор на продажу машины. Все. Никаких денег!
У меня складываются пазлы. Ошалеть! Он меняет две автомойки на новую машину своей барышне.
— Я не буду подписывать договор, — говорю я.
У него шок.
— Почему?
— Потому что ты соврал мне. Тебе деньги нужны не на операцию. Нет никакой операции, просто твоя дама захотела новую машину.
Я встаю и выхожу. Меня трясет от возмущения, мало того, что из меня хотели сделать дуру, еще и Егора хотел нагреть. Урод!
Он выбегает за мной:
— Подожди! Не кипятись, давай поговорим.
— Поговорили уже. Как можно спекулировать здоровьем матери и при этом обманывать собственного ребенка?
Выхожу на улицу, иду к машине, он догоняет меня, разворачивает к себе довольно резким движением.
— Ты по-другому не согласилась бы. У меня, кроме Егора, есть своя жизнь, понимаешь? Личная жизнь! Ты никакого отношения не имеешь к этим мойкам, это я на них заработал, пока ты сидела дома, сытая и обеспеченная, не зная никаких проблем! — он кричит, лицо покрылось красными пятнами.
— Я на твое имущество не претендую. А сына в обиду не дам.
Качок, стоявший все это время в сторонке, увидев, что ничего не срастается, подходит к нам.
— Ты че, курица, рамсы попутала? Я в такую даль ехал, чтобы твои заскоки смотреть? Ты мне сейчас, бл*дь, все подпишешь, иначе выслежу и урою!
Он нависает надо мной, хватает меня за плечо, я пытаюсь вырваться, но он вошел в азарт.
— Возвращаемся, ставишь свою подпись и катись отсюда, или я тебя с*ка, сейчас силой туда отведу!
Я слышу визг колес, на парковку влетает черный БМВ.
