— Батюшка, позволь я присмотрюсь к нему. Если мысль о замужестве с ним не будет мне противна, то приложу все усилия, чтобы заполучить его. Полагаю, что в столицу он отправится с окончанием каникул. Может проведёшь бал в нашей орловской усадьбе?
— Любой твой каприз, милая.
— Полагаю, что несмотря на незначительное положение, сильный одарённый достаточная фигура, чтобы оказаться в числе приглашённых?
— Не боишься соперниц? Я ведь не смогу не пригласить других бояр с семействами.
— Вот только не они, а я буду учиться вместе с ним в университете. И так как там соперниц будет куда больше, то на момент его прибытия хотелось бы быть с ним уже знакомой.
— Б-бо-оже, я и не думал, что ты такая интриганка, — покачал головой боярин.
— О чём вы батюшка. Я просто благодарна отомстившему за гибель моего друга детства и хочу быть ему полезной.
— Если позволите, я пойду, — направилась она на выход.
— Так я распоряжусь, чтобы вынесли из твоей комнаты всех кукол.
— Даже не думайте, — резко обернувшись, коброй прошипела дочурка.
— Не буду, — выставив перед собой руки в игривом ужасе, заверил отец.
Ну за что ей это? Рассчитывала влюбить в себя Никиту, а в результате… Да чего себя-то обманывать, сама в него влюбилась. Как только расстаются, так сразу начинает считать дни до следующей встречи. Всё время перед внутренним взором встаёт его красивое лицо, улыбка, светящийся взор.
Нет, очень может быть, что для кого-то это всё не так, и он недостаточно красив, и улыбка не больно-то ему идёт, и взгляд у него самый обычный, а где-то даже злой и колючий. Что есть, то есть, он не умеет спускать обиду. Но перед ней возникает только светлый образ, а недостатков она попросту не замечает. Понимает, что они конечно же есть, но не видит и всё тут.
— Лена, — после стука послышался голос матери. — Лена, я вхожу.
Дверь отворилась и в её комнату вошла матушка. Зоя Павловна присела на кровать, и положила руку на плечо дочери уткнувшейся лицом в подушку.
— Что, девочка моя, сама не заметила как влюбилась в него?
— Так уж вышло, — глухо ответила она.
— У меня сложилось мнение, что ты ему тоже не безразлична.
— Только он слишком тянул, а я не давила.
— Никто не может помешать вам быть вместе.
— Батюшка полагает так же? — с грустной иронией, спросила она.
— Твоё счастье ему небезразлично.
— Спасибо. Но если мы так поступим, то все ваши труды пойдут прахом. Государь не простит нашей выходки, и Нефёдовскому никогда не быть городком, а батюшке не стать боярином.
— Ерунда.
