Не штурмовать же в самом-то деле.
Вообще-то, атаковать дом хозяина города, боярина Квашина, вассала князя Каменецкого, глупость несусветная. Причём не нынешнего главы рода, а патриарха. Тот освободил от вассальной присяги практически всех бояр и дворян, которые перешли под руку его сына. Лишь немногие из них остались с Андреем Ивановичем, и это люди в особенности преданные ему.
И вот это-то меня и настораживало. Коль скоро в деле была замешана одна из служанок в усадьбе такого человека, то дело по определению серьёзное. И уж тем паче в свете известных мне фактов. А они пахнут дурно. Очень дурно.
Ладно, понаблюдаю денёк, прикину что к чему, а там видно будет. Предупредить бы Ольгу, и карта у меня её имеется. Но тут есть нюанс, вызываемый не знает кто именно находится на другой стороне. А у нас сегодня вроде как первая брачная ночь, и она по определению не может ответить на призыв. Хотя-а-а, карты ведь розданы немногим и все у кого те имеются знают о её свадьбе, а значит и связываться с ней не будут.
— Кто меня вызывает? — ожило изображение Ольги.
Она сидела в ночной рубашке на постели, откинувшись на высокую резную спинку. Прикрыта одеялом, так что выглядело всё вполне прилично. Ну и случись кто другой, то увидел бы рядом в ней вторую подушку, так же измятую. Колотила она по ней что ли? Или топталась? А может всё куда проще, и она просто повалялась по всей кровати, чтобы смять бельё? Неважно.
— Соизволил вспомнить о жене? — с ехидцей спросила она.
— Я и не забывал. Но дела и впрямь очень сложные. Хорошо бы, если все будут пребывать в уверенности, что ночь я провёл с тобой, и лишь на рассвете заторопился по делам.
— С ума сошёл? Немедленно возвращайся. Как ты себе представляешь, чтобы молодая жена поутру встречала родителей в одиночестве?
— Ты ещё про простыню выставленную на всеобщее обозрение вспомни.
— Это было грубо, — с явной обидой произнесла она.
— Прости. Но у нас особый случай, и об этом знают все. А мне действительно край как нужно сделать то, что наметил. Нам нужно, — с нажимом дополнил я.
— Где ты? — а вот теперь тон требовательный
— Сейчас это неважно. — Не хватало только потакать ей.
— Мне казалось, у нас соглашение. Или твоя отлучка меня не касается?
— Касается. И я обязательно тебе всё расскажу. Но чуть позже. — Не смог я обмануть её.
Одно дело недоговаривать, и совсем другое врать. Ведь рано или поздно, но нам предстоит этот разговор, который и без того обещает быть непростым. Так к чему усугублять на ровном месте.
