– Да ладно тебе, - отмахнулся я. - У меня здоровье крепкое.
– И поэтому ты по-прежнему куришь? Верно? - она налила мне чая с мятой и села напротив.
– Да, - признался я.
Тогда она посмотрела на меня серьезно-серьезно:
– Тяжело тебе?
– Да нет, - ответил я. - Нормально.
– Правда? - в ее взгляде была тревога. В каждую нашу встречу бабушка все время боялась увидеть во мне признаки сумасшествия, как у деда.
– Конечно, правда. Времени нет, это правда, да, не так легко, но терпимо, я сам выбрал такую жизнь, и я сам с ней справляюсь, поверь мне.
– Ты всегда мне это говоришь.
– Потому что я всегда так считаю.
– А с Леночкой у вас как? - похоже, после того, как долго меня не видела, бабуля решила учинить допрос с пристрастием.
– Отлично! - я улыбнулся. - Уж в этом-то ты мне поверишь? У нас все просто замечательно.
– А дети? - не унималась бабушка, наконец-то добравшись до неуловимого внука.- Денис, вам же уже почти по двадцать пять и…
– Бабушка! - взвыл я. - Какие дети! Хватит меня допрашивать.
Все хорошо, если что-то произойдет, плохое или хорошее, я обязательно сам расскажу.
Бабуля надулась.
– Уже спросить ничего нельзя, - проворчала она. - Кстати, знаешь, кто мне на днях звонил?
Я развел руками в воздухе:
– Понятия не имею.
– И тебе не интересно? - прищурилась она.
– А ты как думаешь? Кто звонил? Какой-нибудь старый друг?
– Захар Титов, - выдала она. - Помнишь такого?
– Захар?! - не поверил я, и мое удивление тут же превратилось в подозрение. - Зачем?
– О тебе спрашивал, - ответила бабушка.
- Говорит, что ты ему радостно сообщаешь, что счастлив до коликов и имеешь все, чего душе угодно. Ты, правда, ему это сказал?
– Про колики я не говорил.
– Денис! Не паясничай! - не выдержала бабушка моей несерьезности.
– Ну, сказал я ему это, так что с того? Пусть себе живет и радуется в своей Москве, делать мне, что ли, больше нечего, чтобы жаловаться ему по пустякам.
– Он сказал, что ты навешал ему лапшу, что у тебя полно свободного времени, - неумолимо продолжала бабушка, - что Красов тебе во всем помогает… Продолжать?
– Не надо, - я помотал головой, - я все прекрасно помню.
– Так зачем ты ему соврал?"
"– Зачем? - я встал и заходил по кухне. - Неужели не ясно зачем? Он приезжал три года назад, потом забыл обо мне, а две недели назад вдруг спохватился и давай тревожиться, как я там. По-твоему, это нормально? Так относятся к посторонним, вот я и ответил ему вежливо, как постороннему: ""Спасибо, все хорошо. До встречи"".
