– Может, еще горло мне перережете, - со злой издевкой поинтересовался я, - чтобы посмотреть, не оживу ли я?
Вылезшая вперед баба Клава была мертвенно бледна.
– Он притворяется! - заявила она.
Оператор глянул на нее тем взглядом, которым обычно смотрят на умалишенных, и отключил камеру.
И вдруг в хлопнула подъездная дверь. Кто-то вошел, получился сквозняк.
""Не удерживаюсь…"" - испуганно доложил мой ветер. Уличный порыв сбил концентрацию ветра в этом месте, и он, не удержав края пореза, оторвался от руки и закружил по подъезду.
""Анестезия"" тут же прошла, руку свела острая боль, а через мгновение рана исчезла. Все присутствующие выпучили на меня глаза.
– Заснял?! - заорала Клавдия.
– Нет, - оператор чуть не плакал, - я только что выключил…
А мне сделалось весело. Ну, видели они чудесное исцеление, ну и что? Кто ж им без доказательств поверит?
– У вас галлюцинации? - с улыбкой поинтересовался я. - Тогда вам нужен не я, а другой доктор.
Клава ловила ртом воздух, не в силах произнести ни слова, остальные и не пытались.
Я развернулся, поборов искушение переместиться Коротким путем, и вышел, как все люди, через подъезд.
20 глава
21 мая.
Когда тебя используют, это неприятно. Когда тебя обманывают, это обидно. А когда тебя подло подставляют, это мерзко…
– Стоят, - сообщила Лена, стоя у окна. - Теперь они не уймутся, пока не получат доказательств.
Да уж, вчера я здорово напугал газетчиков и Бушковых. И поделом им! Устроили тут охоту на ведьм. Ну, я волшебник, а им-то что? Радовались бы, что рядом живет маг, который может исцелить любой недуг за пару мгновений.
Так нет же, затеяли охоту за сенсацией.
– Пусть стоят, хоть треснут, - ответил я. - Мне все равно.
– Ты бы поосторожнее, они теперь будут следить с особой внимательностью, - заметила она.
Интересно, долго они тут будут торчать? Усталости, что ли, у них не бывает?
– Какое сегодня число? - вдруг спросил я Лену, вспомнив сегодняшний очередной сон про витражи.
– Двадцать первое, а что?
""Ты не доживешь до июня"", - вспомнились мне слова Акварели.
– Да так, - отмахнулся я. - Ничего. А как там Света? Ты вчера ничего не рассказала.
– А что Света, - она пожала плечами. - Переживает. Игорь не появляется. Она боится, что с ним что-то случилось, а с другой стороны, боится, что он больше не хочет ее видеть. Она в панике и растерянности.
– Небось, обвиняет меня во всем?
– Представь себе, нет. Я даже удивилась, но она все оценивает достаточно трезво. И, насчет Игоря, я уверена, это серьезно.
