Но сегодня он подшутил надо мной не слишком жестоко, потому что эта дрянь привиделась мне не в полночь, как вчера, в семь утра, так что мне не пришлось пялиться в потолок в надежде уснуть. Однако я проснулся в холодном поту - что ни говори, а умирать (даже во сне) страшно.
Нет, ну скажите мне, какого черта меня понесло на самоубийство, когда я имел реальный шанс спастись? Да какой там шанс - шансище прямо-таки. Ну чем может повредить магу мушкет, когда маг в сознании и на свободе? Я мог бы с легкостью прикрыться ветром, даже скинуть с башни своего врага, а сам не заполучить даже царапинки.
Тогда зачем?…
Я оделся и подался в кухню, а то сейчас Пурген все равно подымит забастовку с требованиями колбасы.
Когда я проходил мимо комнаты, где обретался Стас, я заметил, что там уже горит свет. Он что, ранняя пташка или уснул и забыл выключить свет?
– Емельяныч, - тихо позвал я, - иди сюда.
Домовой высунулся почему-то из туалета.
– Чего? - осведомился он с важным видом.
Я качнул головой в сторону двери своей бывшей комнаты.
– Он забыл выключить свет?
Емельяныч презрительно покосился в ту сторону:
– Учит.
– С утра? - уточнил я. Ну, ясно, вчера ничего не сделал и решил почитать с утреца.
– Всю ночь учит, не ложился даже, - а потом его взгляд сделался строгим: - Довел пацана, - покачал Емельяныч головенкой, - сам студент по жизни и из него студента делаешь.
Чтобы Стас и учил всю ночь? Да что он переродился за несколько часов, что ли?
– Кстати, дверка-то не заперта, - подсказал догадливый домовой.
Да, он прав, нечего тянуть, надо с парнем поговорить.
– Покорми Пургена, - попросил я и без стука толкнул дверь, я вообще в последнее время обнаглел и редко стучал.
Стас сидел на полу с книжкой на коленях, опершись спиной о кровать.
– Студент, - прокомментировал Иосиф Емельянович и отправился выполнять продовольственное поручение.
Стас уставился на меня не особо-то дружелюбным взглядом.
– Я еще не выучил, - не хотя признался он, - сто страниц осталось.
Из семисот, значит. Я, конечно, тогда разозлился дико, но я даже предположить не мог, что он не то что выучит, а хотя бы попытается их учить.
– Ты выучил шестьсот страниц? - на всякий случай уточнил я.
– 622, - ответил он. - К девяти утра я буду готов, так что, мастер-учитель, позволь мне доучить.
Это его ""мастер-учитель"" меня позабавило, точно он меня припечатал, сказал вроде культурно, а на самом деле самое слабое - придурком обозвал.
