О чём книга «Витражи»
Маг, повелитель Ветра и спаситель жизней вынужден раскрыть свои способности миру. Теперь его преследуют папараци, а древнее предсказание грозит отнять у него последние дни жизни. Может ли он изменить судьбу?

Маг, повелитель Ветра и спаситель жизней вынужден раскрыть свои способности миру. Теперь его преследуют папараци, а древнее предсказание грозит отнять у него последние дни жизни. Может ли он изменить судьбу?
Раздел Chitat.online для книги «Витражи» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Маг, повелитель Ветра и спаситель жизней вынужден раскрыть свои способности миру. Теперь его преследуют папараци, а древнее предсказание грозит отнять у него последние дни жизни. Может ли он изменить судьбу?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Маг, повелитель Ветра и спаситель жизней вынужден раскрыть свои способности миру. Теперь его преследуют папараци, а древнее предсказание грозит отнять у него последние дни жизни. Может ли он изменить судьбу?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вспомни дракона, - он приуныл при напоминании о своем промахе, слишком уж иллюзорный зверь ему понравился, и слишком обидно было то, что с ним не удалось совладать. Нет, ну, я не учитель, а просто золото! Нормальные наставники своих подопечных подбадривают, а я - р-раз! - и носом в промахи, чтобы не забывал. Ну, точно, я идиот, а потом еще смею за что-то жаловаться на Захара. - Давай я сам поставлю, а ты поддержишь.
Он кивнул, хотя я понял, что Стас надулся. Ну, прям воздушный шарик - прикоснись и взрывом снесет.
Я подловил момент, когда поблизости никого не было, и произнес магические слова, переплел пальцы: указательный - к большому, мизинец - к среднему, безымянный - к центру ладони. Легкий, на границе слышимости, щелчок, и мир стал виден словно через стекло.
Я кивнул Стасу, и он решительно протянул руку и перехватил созданный щит, собственно говоря, щитом это явление называли исключительно для простоты, потому что маги пользовались им достаточно часто. На самом деле это заклинание называлось Купол невидимости, но слово ""щит"" приклеилось к нему так крепко, что менять что-либо смысла не было.
А я достал из кармана мелок противного салатно-кислотного цвета, который мне когда-то выдал Красов, как он выразился ""на нужды магии"". Правда потом он добавил, что дает мне такой редкостный магический мел исключительно потому, что так требуют правила, а иначе он никогда бы не доверил мне ничего подобного, потому что я разгильдяй и мальчишка. Помнится, мы поругались. Мы всегда ругались. Интересно, он обижался на мои хамства? Я на него - нет, меня его мнение интересовало крайне редко.
Но думать о Красове и его нелепой смерти не было смысла. Мертвые ушли, а мне еще предстоит разбираться с живыми, которые, кстати, тоже жаждут со мной разобраться. Я присел на корточки и принялся рисовать на асфальте необходимый для Иголки узор. Никогда не любил рисовать, но два года назад пришлось учиться, когда мы изгоняли из одного старинного здания нечистый дух, с которым даже Акварель не смогла найти контакт. Она же помогала мне постигать мастерство художника. Надо бы к ней Стаса отправить, гляди, тоже подучит, чему-чему, а рисовать я сам учился необычно для себя долго.
Мел не крошился и не сыпался, выводя необходимые линии. Стас не двигался, удерживая щит. Похоже, он решил так и простоять в одной позе. Это трудно и вовсе ненужно, но лучше уж так, чем я его отвлеку, и щит свалится прежде, чем я успею его подхватить.
Я закончил с рисунком. Встал в его центр и принялся читать заклинание для поиска Иголки в стогу. Заклинание было достаточно простым для произношения - старославянский, ритм легкий, наверное, его создатель любил поиграть на гуслях. Читал я около минуты, было заметно, что за куполом поднялся ветер, который всех только радовал жарким днем.