В живой драматической атмосфере сцены на втором этаже, где каждый знает свои правила игры, боцман Крок и его подопечные приготовляют последний поживушек перед новыми морскими заданиями. На лицах всех грустно и решительно — не для каждого есть место в умеренном кипении портной жизни, но тут и правил нет....
Нечего столпотворение у постамента создавать. Я пока со своими пойду, подготовлю всё для церемониалов, а их нам надо будет провести не одну сотню, но по-другому — никак.
Под удивлённым взглядом принца, всадники из отряда храмовников, беспрепятственно исчезали в мутных хлопьях плотного тумана, стоящего, словно на защите границы, посередине горной речки.
Привал."
"Объявление о скором продолжении движения, а также довели до всех и о подготовке подношений местному божку.
Вот только, насчёт последнего, очень сильно изменилось мнение, после того, как вернулся с того берега реки, через пару часов, ординарец.
Как раз только первая сотня пошла на прорыв…
— Ты не поверишь, Твоё Высочество… — вещал шёпотом, обескураженный ординарец. Всё-таки прорвался вместе с храмовниками оболтус к постаменту. — Он ожил!
— Кто?! — едва не подавился поздним обедом принц.
— Он…
— Да кто «он»? — зло прошипел сюзерен. И залпом высосал бокал с вином, стараясь продавить, попавший не в то горло, злосчастный кусок мяса.
— Тот, кого орденцы себе на руку, в качестве татуировки, наносят. Ты бы видел это… и это… он ещё и разговаривать умеет! С храмовиками Хэрн прибыл. Так этот гоблин, к божеству обниматься полез, и кричал, что чуть позже и Мартин подъедет. Вокруг постамента, что у дороги, посты и оцепление выставили, а потом Хэрн куда-то пропал. Говорят, что там пещеры есть, которые, вроде, к самому водопаду привести могут.
— Ладно, про водопад. Ты мне лучше про эту собаку скажи, она большая? — заинтересовано зашептал принц.
Ординарец задумался…
— Да такая же, как и в храмах изображена. Мы же видели, как её иллюзия по храму бродила в последний раз, во время службы в головном храме. Я и подумать не мог, что такое вообще возможно. Она только по постаменту передвигается почему-то, но видно, что очень радостная… и я не поверил — она ест.
— Что ест? — не понял принц.
— Так, жрицы её мясом, притом жаренным, кормят, и даже, вроде, что-то наливают ей в большую миску, и кажется, с виду, эта жидкость далеко не вода.
— Может, настой? — удивился, не меньше ординарца, принц.
— Не уверен. Вино молодое, но качественное, и ты знаешь, она его лакала с видимым удовольствием. Но жрицы, включая и девушек, и Верховную, сами обескуражено выглядели, только один гоблин радостно по постаменту скакал, и тот же напиток пил, почти чокаясь на радостях ёмкостями с собакой.
Принц покачал головой.
