В живой атмосфере исторического романа "Виват, император" читатель окунется в мир раннего Средневековья, где личности рисуют судьбу государства и народа. Сюжет нравоучителен и драматичен, погружая аудиторию в сложные решения между личными устремлениями и общественными обязанностями императора....
Туда, где шумит на моём экране радара поискового заклинания масса непонятной нежити. Вряд ли это что-то одно, не дай бог!
— Хозяин, это зомби!
А это уже кто-то из моих на доклад вышел. Вот только что-то в его голосе странное чувствуется.
— Что там?, — вслух спросил я.
Чего скрывать-то? Шварц тоже теперь с близнецами спокойно по мыслесвязи разговаривает, но лучше, чтобы все в отряде слышали подробности доклада.
— Непонятная пелена не выпускает их из прохода. Проход, как раз, чтобы по трое стражников или телега спокойно проходить могли.
— Что там?, — уточняет у меня Шварц.
Я пожимаю плечами.
— Светильник притуши, к чему столько света? Осмотрелись уже, а ты береги силы!, — раздражённо кидаю я барону. — А там, по докладу, зомби, но что-то мои ребята обескуражены, судя по их голосам.
— Глянем!, — уверенной походкой Шварц, придерживая в руках обнажённый меч, двинулся в сторону, куда указал одни из моих сопровождающих, ни на шаг не выпускающий меня из поля своего зрения.
Идём тихонечко, посматривая под ноги, я кастую, как и прежде, «Контроль». Не убудет, а мне так спокойней.
И кто тут у нас блюёт и рыгает?
Шварц?! Во, дела!
И чё он там такого не виде…
— У-эх…
Весь завтрак за порог!
Дошёл, называется, глянуть, что же там нас кушать кому-то мешает, да вот только…
— Их там, наверное, тысячи.
Его под руки поддерживают близнецы, а меня уже грузят на подоспевшего голема и рядом мастрячат Шварца.
Всё, назад. Этот проход пока временно закрыт, да и увиденное обдумать нужно, хоть немного."
"Светильники в руках сопровождавших. Близнецы тоже шокированы увиденным, но, в отличие от нас нежных, ещё держатся, а вот высшие пребывают в каком-то возбуждённом состоянии, и да, всё-таки тоже немного не в себе от всего увиденного.
Ф-ух. Солнышко. Выбрались.
Ганс тут же дал знак зорким наблюдателям от Косого, и не прошло и получаса, как и костерок горит, и козлики над ними висят, и в воде что-то уже булькает. Завтрак, чувствую, придётся проводить по новой, и от блевотины оттереться надо.
— Да что же это?, — шепчет, не переставая, себе под нос, обескураженный Шварц.
Если честно, и я пребывал в шоке от увиденного, хотя уже почти отошёл.
