В Вивате, императорской Империи, возникает новая угроза. Маленький мальчик оказывается представителем непонятного формирования Ордена. Его дары вызывают недоумение и гнев даже у самого могущественного правителя. В зале церемоний, отделанный позолотой и лепниной, Император восхищается великолепием своего трона, но чувствует тревогу в своем королевстве....
Отец мне потом рассказывал, какой шок моё исчезновение вызвало. Я в уголочке стоял, ведь они, гады, даже присесть мне не предложили. А тут, как раз, в кабинет зачем-то секретарь заглянул, дело какое-то к герцогу. Ну, все и отвлеклись. Поговорили, поворачиваются, а меня нет! Вот тут они и опешили, а я привязку у себя в комнате сделал, как раз на пределе сил, по расстоянию. Пространственная магия очень много сил отнимает у мага, а их у меня, оказывается, не очень-то и много, хотя я считал наоборот.
Я представил, что творилось после исчезновения Шварца в кабинете директора.
— Ага! Вот такая и у меня была реакция на рассказ отца. Он ко мне перед обедом пришёл. Вычислили, что я у себя в комнате. Остальные побоялись, даже мама не рискнула меня потревожить. А то, понимаешь, сношали, как пацана за разбитое окно. Поговорили, причём, что интересно, наш граф был, ну очень культурным и за словами следил! Ты же его знаешь, ему привычней приказывать, а тут всё убеждением и лаской. Никогда прежде его таким не видел, даже, вроде как, почувствовал, что он меня сильно боится.
Я только саркастически улыбаюсь.
Боится — не то слово, боится теперь. Маркизат почти выиграл войну с соседями. Не думаю, что у всего герцогства наберётся под копьём столько народа и сильных магов. Плюс сюда вассалитет от самого Императора. К тому же, непонятно, что стало с самим Шварцем, то полёт освоил, то с пегасами спокойно общается, от соседства с которыми, сильные маги, в ранге магистров, погибли. Много непонятного, и тут так нагло наезжать, они что, бессмертные что ли? Эх, меня там не было!
— Только на следующий день, по новой, на беседу пригласили.
Намёк понят — Император.
Я прикусил губу.
