Автор
Вкус к жизни начинается здесь. Приходится выглядеть достойно и сдержанно — больше похоже на жалкие попытки. Это работа мечты, прыжок из обычного рабочего дня на вершину международной карьеры с заоблачными перспективами: столько же шансов быть приглашённым из сотен конкурентов, сколько есть вероятностей встретиться лично с Поль Ларинье — мировой экспертом в своем деле....
Да и вдохновения, кстати, тоже! Но картину подарю! – пообещала я, мысленно прикидывая, что это станет неплохим поводом для встречи с матерью. В очередной раз окунувшись в мысли, я хлопнула в ладони. – Я даже знаю, какую: эту свою работу я назвала: «Друг»!
– Ставлю на то, что на полотне изображён покинутый всеми щенок. На его мордочке будет отчётливо видеться растерянность, а некоторая неуклюжесть вызовет чувство умиления.
– Я высылала тебе скрин? – в сомнении нахмурилась я, а Женька пакостно облизнулся.
– Только не призналась, что работа твоя! – попенял он то ли моей скромности, то ли скрытности.
– А, знаешь, я всё-таки найду время и напишу для тебя картину! – мечтательно проговорила я, но Женька не вдохновился этим обещанием.
– Только, пожалуйста, не изображай на ней червя, который выполз после ливня на дорогу и был безжалостно раздавлен под колёсами юного велосипедиста.
Я присмотрелась к товарищу с подозрением.
– Не зря мы дружим столько лет… – процедила так, словно уличила в измене. – Ты просто читаешь мои мысли! Об этом, кстати, следует задуматься.
– О чём?
– Я всё ещё не теряю надежды расстроить твою свадьбу, – поделилась я секретом. Женька нахмурил лоб.
– Юля!
– Я тоже хочу замуж! – пожаловалась я и, предупреждая напрасные надежды, проговорила: – Так и знай: не найдёшь мне толкового мужика, который захочет жениться…
– Сделаю всё возможное и невозможное, – принял Женька ультиматум и прибавил газа, пока в моей голове не созрела очередная глупость.
Успокоившись после его заверения, я позволила себе расслабиться, засмотрелась на строгий профиль.
