Ну, или как вариант, мне было удобно сваливать на него стратегические решения. Я подошла к Мартину совсем близко и, идеально угадывая настроение, намерения, желания, перебросила ногу через его бёдра и опустилась на них. Сильные руки сомкнулись на талии, делая контакт более плотным, давая определённые гарантии. Теперь я чувствовала, как он напряжён, как сосредоточен, а обманчивое ощущение лёгкости куда-то испарилось, не оставляя после себя послевкусия.
– Самые любопытные кошки становятся ручными, Юля, – пророкотал он, чувствуя свою власть, и коснулся губами кожи над ключицами.
От неожиданности я ахнула, тут же толкнулась ладонями в мужские плечи, но не претерпела успеха, а, взглянув в лицо Мартина, поняла, что ему больше не до улыбок. Упрямо поджатые губы, раздутые порывистым дыханием крылья носа и напряжённо сведённые брови. Длинные пальцы обхватили меня сильнее, надавили на поясницу. Потому что теперь Мартин хотел теснее, хотел без обмана. Я почувствовала, как моя грудь врезается в его, как её раздувает от бурного дыхания. Возбуждение в паху отозвалось пульсацией у него и тянущей болью у меня.
– Как ты думаешь, почему так происходит? – прошептал Мартин и провёл языком по моим губам, заставляя раскрыть их шире.
– С кошками?
– С ними, – улыбнулся он и теперь толкнулся в меня языком глубже. На поцелуй это было похоже мало. Если только на приглашение… порочное, разумеется.
Я дёрнулась, будто вырываясь из липкого марева, но оказалось, что Мартин держал очень сильно. И как демонстрация власти – провёл носом по коже от угла нижней челюсти к ямке между ключицами. Остановившись, глубоко вдохнул мой запах и блаженно закрыл глаза.
– Потому что они влюбляются и начинают вести себя глупо и предсказуемо! – вспомнила я про вопрос.
Мартин удовлетворённо кивнул. Он коснулся моих губ легко и ненавязчиво. Сорвал самые яркие, самые сочные эмоции и отпрянул, наслаждаясь произведённым эффектом.
– Ты ведь не из таких? – улыбнулся он, а я с сожалением покачала головой.
– Не хочу разочаровывать тебя, потому не отвечу, – проронила я и толкнулась в его плечи сильнее.
Беспомощные ладони заскользили по шёлку, собирая его в складку, зло и отчаянно цепляясь за неё, выкручивая… но так и не достигая желаемого результата.
– Я не привык верить на слово, моя прелестная муза… – коротко улыбнулся он и озадаченно кивнул. – Придётся разобраться в этом вопросе самостоятельно, – выдавил он из себя с придыханием и вот тогда всё же поцеловал."
"И сразу глубоко, напористо, властно. Напрочь лишая дыхания, любых сомнений, возможности сопротивляться. Обхватив меня поперёк спины одной рукой, другой надавил на затылок, не позволяя отстраниться, не позволяя… не покориться. И я застонала. Томительно и сладко.