Я слишком отчётливо помнила то время, когда на написание картины уходило шесть недель минимум! Будто вчера я испытывала это мучительное чувство, что моих сил может и не хватить! Но затяжной перерыв в творчестве сделал своё дело, и сейчас я не просто фонтанировала идеями… с той же лёгкостью я передавала их, с поразительной точностью ощущая детали, полутона, игру света и тени.
Уголь в руках сточился, а пальцы были измазаны чёрным, когда Мартин взглянул на меня. Губы таили улыбку, брови чуть сдвинуты, словно в немом укоре, а глаза отливали стальным блеском. Хищным, опасным, знакомым до боли… Я вздрогнула, внезапно ощутив приток сил, и затаилась, не понимая, чем он мне грозит. И в тот самый момент, когда я готова была впустить в себя ответ, в мастерской раздалась хорошо знакомая мелодия.
В поисках источника звука я обернулась, а в столе, в потайном ящике, который теперь-то уж был как на ладони, обнаружила ноутбук. Я знала, как нехорошо отвечать на чужие звонки, но отчего-то не сдержалась… Разговор увлёк мгновенно, а завершился только спустя четверть часа. Он оставил в душе чувство смятения, вынудил растерянно водить глазами по давно и хорошо знакомым предметам, он породил множество вопросов и не предусматривал под собой ни единого ответа."
"Я бросила взгляд на эскиз, но нарисованный углём Мартин не мог ответить на бесконечные «почему». Правда, теперь мне вдруг показалось, что он смотрит свысока, надменно ухмыляется, а ещё ждёт, когда же я смогу дорасти до его величия.
– Ну и бред рождается в моей голове! – горестно воскликнула я и покинула мастерскую, плотно прикрыв за собой дверь.
Глава 37
Мартин, действительно, вернулся только в воскресенье. Так уж вышло, что когда фары его автомобиля мелькнули в окне, я как раз двигалась со стороны кухни. И вот он вошёл. В строгом полупальто нараспашку, в перчатках, что надёжно защищали чувствительные руки от холода, в небрежно накинутом на шею шарфе… Пришёл, и дом тут же наполнился жизнью. Хотя, может так случиться, что жизнью наполнилось всего лишь моё сознание…
Следом вошли водитель с помощником и поставили у дверей два громоздких деревянных короба. Мартин одобрительно кивнул и сказал им что-то коротко, но довольно порывисто. Водитель тихо ответил и исчез вместе с грузчиком, оставляя хозяина наедине со своими мыслями. Я оценила его холодный, в некоторой мере безразличный взгляд, которым он окинул меня что в первую, что во вторую встречу, оценила достаточно твёрдые, уверенные жесты, движения… А ещё я вдруг испугалась… Испугалась, что такого Мартина я не знаю… сосредоточенного, по-деловому хваткого, предельно собранного и строгого.
Он снял пальто, стянул с шеи шарф, избавился от перчаток.