Автор
Вкус к жизни начинается здесь. Приходится выглядеть достойно и сдержанно — больше похоже на жалкие попытки. Это работа мечты, прыжок из обычного рабочего дня на вершину международной карьеры с заоблачными перспективами: столько же шансов быть приглашённым из сотен конкурентов, сколько есть вероятностей встретиться лично с Поль Ларинье — мировой экспертом в своем деле....
Это было нечто такое, в чём Мартин боялся признаться даже самому себе. И только поэтому я не торопила.
– Юля, перестань, ты меня отвлекаешь, – отмахнулся Мартин, когда я бессовестно оголила бедро.
– Брось! Ты ведь даже не смотришь! – пожаловалась я, втайне посмеиваясь тому, как Мартин скрипит зубами – в последнее время ему всё сложнее сдерживаться.
– Я разрешил тебе присутствовать не для того… – резко начал он, но разумно остановил себя на полуслове. – Подожди ещё немного, малыш…
– Я это уже слышала! – капризно процедила я и сдвинула ноги так, что шёлк платья скользнул и собрался на животе.
Этого показалось недостаточно, и я вытянула ноги вверх, весело перебирая ими в воздухе.
– Юль, ты специально? – гневно вскрикнул Мартин, а я в ответ надула губы.
– Мне врач рекомендовал. Для профилактики отёков, – отчиталась я и не сдержалась, показала мужу язык.
– Профилактика отёков обязательно должна проводиться в мастерской?
– Ну… не для этюдника ведь ты поставил здесь этот роскошный диван? – бросила я свою версию.
– Займись чем-нибудь полезным, – чуть веселее и куда более отстранённо проронил Мартин, явно подобрав нужный цвет.
Он бросил взгляд за окно и едва не выругался вслух, понимая, что снова опоздал.
– Уже закончил? – весело полюбопытствовала я и тогда, наконец, муж перевёл на меня полный негодования взгляд.
– Да, – сухо бросил он, смяв в ладонях и зашвырнув в корзину перепачканную краской ветошь.
– Мартин, а помнишь, ты как-то говорил, что успел представить меня на восьмом месяце?
– Было дело, – без заминки ответил он, и я легла на диване боком.
– Ну и как? Похоже?
– Что?
– Ну… то, что ты себе представил, похоже на реальность?
– Слабо, – ничуть не приукрасив суровую правду, признался он. – В моих представлениях ты была беременна, – принялся перечислять Мартин, – обрела аппетитные формы, по щекам разливался здоровый румянец.
– Мартин! – обиженно воскликнула я, а он даже не усмехнулся.
– В реальности же я получил свою Юльку, к которой зачем-то приделали «восьмимесячный беременный живот», загримировали белилами, а в нагрузку запретили стоять у холста, и потому теперь эта странная девица выносит мне мозг.
– Тебе жутко не повезло! – понимающе поцокала я, ничуть не обидевшись.
– Ничего, у меня есть коварный план.
