Автор
В глубокой тьме комнаты Марина чувствовала холод каждого кирпича под стоптанными ботинками. Ее дыхание заполняло пространство так же плотно, как и страх, укушавший ее изнутри. Она не могла прикрыть глаза, чтобы не вспомнить, что видела: Костя на диване с чужой женщиной, а она стояла за дверью, словно моль, вынужденная проскользнуть сквозь стены....
Все подразделения приведены в состояние боевой готовности.
Дмитрий знал, что это происходит не только на Ладожском вокзале и не только в отделениях транспортной милиции. Ночное нападение на милицейский «воронок», газовая атака, контузия сотрудника милиции майора Гусакова, похищение подследственного, обвиняемого в тяжком преступлении, – все это было беспрецедентным даже по нынешним временам.
Самарин придал лицу соответствующее обстановке выражение и коротко кивал встречным. Кол, ничего не понимая, следовал за ним, крепко прижимая к себе кейс.
Комната следователей была свободна.
– А почему я должен забрать заявление? – Этого Шакутин никак не мог взять в толк. – Вы нашли, вам это в плюс.
– Не так искал, – коротко рубанул Самарин. – Еще какие-то проблемы?
Посмотрите, кстати, повнимательнее, все ли там.
– Да-да..
Он вынул из бокового отделения проспект и стал сверять все по порядку.
Дмитрий не без интереса взглянул на черный бархат, на матовой поверхности которого переливались темно-красные рубины в золотом обрамлении.
– Вроде все на месте, – выдохнул Кол. Самарин смотрел на темно-красные камни. Красиво, но мрачно. Или это из-за черного бархатного фона?
Рубиново-красное в золоте на черном. В воображении возникли средневековые замки, придворные интриги, привидения…
– Не мрачновато?
– Нет, эго вы зря…
Кол склонился над столом и под диктовку Самарина написал «Заявление о прекращении иска в отношении Константинова».
– Все равно не могу понять…
– Лучше и не понимайте.
Дверь открылась, вбежал взмыленный Анатолий Жебров.
– Самарин, ты в курсе? Вампир сбежал, Гусаков контужен… – Увидев постороннего, он осекся.
– Я в курсе, – ответил Самарин. – Погоди, сейчас закончу.
– У вас тут что-то стряслось? – спросил Кол.
– Милицейские будни.
Кол написал заявление, размашисто подписался, поставил число.
– Ну что ж, большое вам спасибо, – сказал он. – Вы даже не представляете себе, что вы для меня сделали.
– Да что вы, – усмехнулся Самарин, – не за что. Счастливо вам.
Кол закрыл кейс и двинулся к двери, но на полпути резко обернулся, поставил кейс на стол и открыл его.
– Что-то забыли?
– Да, забыл. – Кол подошел к столу следователя и положил прямо на заявление рубиновую каплю, прикрепленную к тонкой золотой подковке. – Это вам.
– Да вы что! – возмутился Самарин. – Вы понимаете, что делаете? Это же взятка!
– Это была бы взятка, – серьезно ответил Ша-кутин, – если бы вы помогали мне, рассчитывая на подарок. А это, ну поверьте, от души. Подарите жене.
